Набранные на улицах «добровольцы» скорее воспринимали ее, как издевательство, которое необходимо перетерпеть перед тем, как сесть в автобус.

— Я не буду скрывать, враг силен и опасен. Узкоглазые поперли вперед, они пытаются прорвать линию фронта, и пусть поездка на передовую не покажется вам увеселительной прогулкой. Будет пот, кровь и слезы, будет боль, и возможно, даже смерть. Но одно я вам могу пообещать точно. Я отправлюсь с вами, я буду с вами от начала и до конца, каким бы он ни был.

— Это вдохновляет, — шепнул мне на ухо Гийом, стоявший по левую руку от меня. Я заметил, что несмотря на то, что он считает меня сумасшедшим (впрочем, как и каждого, пришедшего сюда добровольно), он старается держаться поближе ко мне. Если бы он знал, на чем основывается мое спокойствие, он бы, наверное, так не делал.

— … узкоглазые теснят наши ряды, и мы — это единственное препятствие, которое стоит между ними и мирными жителями Свободного Анклава…

— И это означает, что мирным жителям Свободного Анклава конец, — предрек Гийом. — Сначала нам, конечно, а потом им.

Его слова были недалеки от истины. Если последняя надежда Свободного Анклава стоит со мной в одном ряду, то шансы на победу в этой драке исчезающе малы. Я лишь надеялся, что скрытое под белым пятном на карте может внести в ситуацию свои коррективы.

Но понимал, что могу всего лишь выдавать желаемое за действительное.

— Все остальное я расскажу вам по дороге, — подытожил свою речь сержант Дювалл, и мы принялись грузиться в транспорт.

Судя по сохранившимся в салоне табличкам, раньше это был обычный школьный автобус. Сейчас его перекрасили в камуфляжные цвета, а выбитые стекла заменили листами железа с небольшими щелями для обзора и, возможно, стрельбы. Обогреватель не работал, да даже если бы и работал, при таком количестве сквозняков он бы все равно не справился, так что в салоне было так же холодно, как и на улице, и мои будущие боевые товарищи кутались кто во что горазд. Я сел рядом с окном в хвосте автобуса, Филипп пристроился рядом, Гийом занял сиденье позади нас.

Взревел двигатель, и автобус тронулся с места. За окном быстро стемнело, и как только мы выехали из города, смотреть стало не на что.

«Тебе все еще кажется, что это была удачная идея?»

Я проигнорировал Сэма, надеясь, что он снова впадет в свою медитацию. Меня одолевали сомнения и без его комментариев.

Я все еще думал, что выбрал лучший вариант из имевшихся, но… Пока я не столкнулся с ней вплотную, я представлял себе местную армию совсем не так. Но, видимо, люди, которые все это время сдерживали цинтов, подходили к концу, и теперь воевать придется всем остальным.