Проверив стол, из которого руководитель проекта достал пистолет и не обнаружив там ничего похожего на антидот, я просто оттащил бесчувственное тело к дверям и прислонил к стене с наружной стороны. Рядом поставил рюкзак.

Расстреливать неизвестное тебе оборудование — дело довольно рискованное, никогда ж не угадаешь, где оно рвануть может, так что я занялся этим, стоя в дверном проеме. Пули пробивали металлические стенки шкафов, высекая снопы искр, перебивали кабели, разбивали лампы, в общем, занимались тем, для чего были предназначены — несли разрушение и смерть. Обстрел вызвал пару хлопков, а из управляющего контура повалил дым, но обошлось без масштабных взрывов

Расстреляв все три магазина, я посчитал, что задача выполнена и бросил разряженный автомат на пол. На одно плечо повесил рюкзак, на другое — подхватил безвольное тело ученого и двинул к выходу.

Мужчина оказался довольно тяжелым, но для меня это не составило проблемы. Мое новое тело находилось в отличной физической форме и до того, как Сэм принялся укреплять его мышцы.

Я не успел отойти от лаборатории и на десять шагов, когда из-за ближайшего угла мне навстречу вывернули двое парней с оружием. Одеты они были по-военному, но военной выправки не имели, да и оружие держали не наготове. Может быть, это был кто-то из техников, которые все же решили вернуться. Поскольку я не старался запоминать их лица, я за это не поручусь.

Правая рука у меня была свободна, и я выхватил из-за пояса пистолет. Они только потянулись за своим оружием, а я уже уложил обоих. Нет, точно не военные.

До микроавтобусов я добрался без дальнейших приключений. Открыл боковую дверь, свалил свой груз в салон, а сам сел за руль и завел двигатель, нажав на кнопку. Навигатор долго не мог установить связь со спутниками, а когда установил, оказалось, что я не так уж далеко от Петербурга. Похоже, большую часть дороги мои провожатые петляли, чтобы избавиться от потенциального хвоста и сбить меня с толка.

Лесное обнаружилось и вовсе в пятнадцати километрах отсюда. Я проложил маршрут и двинул по проселочной дороге через лес.

Кавалерия на помощь повстанцам так и не прискакала.

* * *

Прошло не меньше часа, прежде чем он начал шевелиться, стонать и подавать другие признаки жизни. Чтобы немного ускорить процесс, я легонько пнул его по ребрам. Не для того, чтобы причинить серьезную боль, скорее просто обозначил свое присутствие.

Помогло.

Я посветил найденным в машине фонариком, и его взгляд сфокусировался на мне.

— Предатель! — выдохнул он, решив начать с обвинений.