Я покачал головой.

— Не помню, чтобы я приносил вам клятву верности.

— Что ты сделал с моими людьми?

— А какая уже разница? — спросил я. Лже-Игорь вырубил его еще до того, как мы схлестнулись в первый раз, и этот тип ничего не знал о тревоге и вторжении цинтов. — Лучше расскажите мне, что вы пытались сделать на этом объекте.

— Я скорее умру, чем расскажу тебе об этом хоть слово.

Дабы не тратить впустую время, которого у меня и так осталось слишком мало, я решил миновать стадию угроз и оскорблений и обрисовать ему ситуацию, как я ее видел.

— Вы знаете, что я не отсюда, — сказал я. — И в том месте, из которого я прибыл, к подобному относятся очень серьезно. Если человек заявляет, что он скорее умрет, чем сделает что-то, он заявляет это не для красного словца и на самом деле готов умереть. Ты готов?

Он промолчал, но попытался отползти от меня по земле. К его великому сожалению, прямо позади него был ствол дерева. Не зная, установлено ли в машине прослушивающее оборудование, я решил провести эту беседу на свежем воздухе.

Ночью в лесу было более, чем просто прохладно, но я думаю, что дрожь била его не поэтому.

— Мы в пятнадцати метрах от дороги, и скоро я поеду дальше, оставив тебя здесь, — сообщил я. — И только от тебя зависит, в каком именно виде я тебя здесь оставлю. Понимаешь меня? Кивни, если понимаешь.

Всего через несколько секунд он кивнул.

— Отлично, — сказал я. — Итак, что за эксперимент вы ставили?

— Это спрашиваешь ты или твои хозяева цинты? Как далеко пойдет эта информация?

— Ты не в том положении, чтобы торговаться, — сказал я. — Но допустим, что в первую очередь я интересуюсь для себя.

— Так вы ничего не знали, да? Вы пришли не для того, чтобы нас остановить? Вы просто искали похищенное, да? Но я не понимаю, ты же сам это выкрал и отдал нам…

— Тебе не нужно понимать, — сказал я, теряя терпение. — Тебе нужно отвечать на вопросы.

— Мы просто пытались найти орудие против вас, — сказал он. — Создать человека, способного противостоять цинтам на равных. В перспективе — создать целое войско таких людей.

«Он врет», — сообщил мне Сэм. Как будто я сам этого не понимал.

Я выстрелил мужчине в мясистую часть бедра, прицелившись так, чтобы не задеть артерию или не перебить кость. Просто чтобы ему стало очень больно, и он пересмотрел свои взгляды на жизнь.

В ночном лесу выстрелы разносятся далеко, но я посчитал, что места здесь безлюдные, и вряд ли кто-то придет выяснять, что тут происходит.

— Наказание за ложь, — пояснил я. — Когда ты солжешь в следующий раз, я прострелю тебе колено, и ты в лучшем случае будешь хромать весь остаток своей никчемной жизни. А теперь давай сделаем вид, что я снова задал вопрос, и ты размышляешь над ответом.