Бармен достал из-под прилавка бутыль и наполнил мой бокал, как я и просил. Я выложил перед собой банкноту.

— Сдачи не надо.

— Спасибо, приятель, — и он удалился в другой конец бара, где о чем-то беседовал с официантом, попутно протирая стаканы.

— А ты хладнокровный сукин сын, — сказал подсевший ко мне повстанец. — И коньяк хлещешь так, что просто загляденье.

— Ты именно об этом хотел поговорить? — холодно спросил я.

Если бы они хотели меня убить, то напали бы без предупреждения. Три крупнокалиберных винтовки и пулемет… Что ж, даже если мой собеседник не блефует, нужна большая удача, чтобы уложить симба при помощи столь невнушительного арсенала. Симб ведь тоже не будет сидеть на месте и терпеливо ждать, пока его тело нашпиговывают свинцом.

— Нет, — сказал он. — Разумеется, не об этом. Но я просто не могу не выразить своего восхищения, когда вижу человека с выдающимися талантами.

— Тогда ближе к делу.

— Мы уже поняли, что ты на поводке у Ван Хенга, — сказал он. — Какой длины этот поводок?

— Сам посуди, — предложил я. — Ты хоть понимаешь, что это ловушка и попал в нее не я?

— Мы вели тебя больше двух часов, — сказал он. — И не обнаружили, что за тобой следит кто-то еще. И на тот случай, если на тебе есть жучки, у меня в кармане лежит установщик помех.

Детский сад, как я уже и говорил. Если бы Ван Хенг следил за мной при помощи жучка, то возникновение помех стало бы первым поводом для того, чтобы он насторожился. И в таком случае до прибытия агентов, способных оценить собственными глазами, оставалось всего несколько минут.

А этот парень треплет языком и теряет время, даже не знаю, каким запасом этого ресурса он располагает.

Однако, если он не врет, и они действительно следили за мной последние два часа, то в слежке они не так уж плохи. Я ничего не заметил. Может быть просто потому что это занятие мне просто наскучило, но все же…

Я не стал ничего говорить. Наверное, в этот момент стоило окончательно вычеркнуть местное сопротивление из всех моих планов. Они безнадежны.

Вместо этого я обратился к Сэму и спросил, как обстоят дела с меткой Ван Хенга. Сэм заверил меня, что она не более активна, чем на протяжении всех последних дней, за исключением только эпизода на объекте.

Похоже, что за мной действительно никто не присматривал. И в чем тогда заключается его гениальный план?

— Если в том, что ты рассказывал Нурлану, есть хотя бы частица правды, если в тебе осталось что-то от русского офицера, ты не должен сотрудничать с оккупантами, — сказал он, случайно и сам того не ведая ударив меня в самое больное место.