Входя в покои Десмонда Ориджина, Вернер глубоко и страстно желал того, чтобы Знахарка покусилась на жизнь милорда. Он и со своей стороны сделал кое-что, чтобы покушение состоялось: отстал от Знахарки на несколько шагов и невзначай оттеснил Рагольфа. Пускай гадюка думает, что кайры боятся идти рядом. Так она быстрее наберется дерзости для атаки. Вот если б еще Джемис отвернулся — чтобы в решающий миг один Вернер успел спасти лорда!..

Герцогский волк и не думал отворачиваться. Буравя Знахарку глазами, он указал рукой в сторону кровати:

— Перед тобой Десмонд Эмилия Герда, старший лорд Ориджин. Лечи его.

Лишь тут Вернер обратил взгляд на милорда — и ноги ниже колен предательски обмякли. Каменный человек! О, святые боги!..

Тенн выдохнул, Рагольф негромко присвистнул:

— Ууц!..

Женщина проворковала:

— Ой, бедняжечка. Как же тебе не повезло!

— Лечи, — процедил кайр Джемис.

— Постой-ка, дорогуша. А где леди София?

— Она здорова и не нуждается в лечении.

— Я же сказала, что хочу ее увидеть.

— А я как-то сказал дамочке, что хочу кончить десять раз за ночь. Не сбылось.

Знахарка повернулась к Джемису. Рыкнула, прочищая горло, пожевала слюну.

— Ты, милок, не умничай. Твое дело песье — сиди и служи. У моего хозяина был договор с миледи. Пущай она придет. Без нее дела не будет.

Джемис скрестил руки на груди и выронил:

— Нет.

Знахарка подалась к нему, выпятив подбородок.

— На характер встал? Со мной не пройдет! Последний раз говорю: зови леди Софию.

Джемис промолчал.

— Тогда я пошла. Бывайте, мальчики.

Она обернулась и зашагала к двери — прямо на Вернера с Рагольфом. А Джемис рявкнул:

— Остановить ее!

Какого шута лысого я оказался между нею и дверью⁈ — успел подумать Вернер. — Ведь мог же встать сбоку, но нет! Какое паскудство!..

Но ослушаться волка он не рискнул — и вытянул из ножен меч. Знахарка склонила голову — удивилась, значит. Подняла руку, растопырила пальцы — паутина раскрылась алым цветком. Качнула ладонью — и в воздухе перед нею возникло мерцающее пятно. Размером с кулачный щит, прозрачное, но отливающее розовым светом.

— Уйди по-доброму, малыш.

Вернер ухватил рукоять меча обеими ладонями. Он был абсолютно уверен: клинок не прорубит пятно света. Зато пятно легко проломает все, с чем столкнется: проволоку кольчуги, ребра, череп.

— Стой… — сказал он и сам не понял, приказ получился или мольба.

Знахарка ухмыльнулась:

— Мальчик, беги к мамочке. А то плохо будет.

И шагнула к Вернеру. Он окаменел, почти как лорд Десмонд. Подошвы присохли к половице, ладони — к оплетке рукояти, взгляд прикипел к центру мерцающего пятна. В голове стучала одна мысль: дерьмо, дерьмо, божье дерьмище!