На замшелой, покрытой налетом лишайника доске сидела огромная ворона. Зыркала на нас немигающим глазом, завернув голову.

— Что уставилась? — махнул на нее Горохов. — Рассказывай давай. Видела здесь «ВАЗ-2101» красного цвета недавно? Молчишь? У, ведьма!..

— Кар-р! — ворона взмахнула крыльями и улетела.

Вы, мол, высматриваете, а нашему брату и подавно все можно.

— Была здесь эта машина, — вдруг уверенно заявил Катков, чуть ли не ползая по земле. — Следы свежие, а… дождик у нас не так давно был, так ведь? Значит, точно свежие, не размытые.

— Так это, может, кто-то мимо проезжал? — Никита Егорович присел рядом на корточки, поколупал пальцем землю.

— Вряд ли, — заметил я. — Не проездное это место, а тупиковое.

— Да, да, — кивал Катков, чуть ли не роя землю носом. — И следы те самые. Я же протектор у изъятой «копейки» откатал, наизусть рисунок выучил. Во сне подними — воспроизведу. По общим признакам следов вижу, что это машина, на которой передвигался Савченко.

— Так, — Горохов шлепнул себя по щеке, убив припозднившегося комара. — Будем рассуждать логически… Зачем Савченко сюда приезжал? Место для него сакральное? Не думаю… Судя по всему, с отцом он не особо в ладах был. Скорее всего, что-то прятал здесь…

— Ну, да, — кивнул я. — Здесь точно никто искать не стал бы. Тем более что тут мы уже побывали, да и местная милиция тоже отметилась. Самое то для тайничка.

— Вот именно, — Горохов привычным жестом поднял указательный палец вверх. — Это идеальное место для схрона или…

— Или для той самой препараторской, — подметила Света. — Ведь само логово Мясника мы так и не нашли…

— Ищите любые следы, которые укажут на вход или что-то подобное, — распорядился Горохов, но мы и без его указания уже разошлись по пепелищу, осматривая каждый квадратный сантиметр.

— Нашел! — Алексей, чумазый, как Майкл Джексон в молодости, не жалея брюк и новеньких туфель, ковырялся в золе возле печки. — Здесь что-то есть!

Мы помогли ему разгрести завал. Там оказался железный люк.

— Кажется, то что надо, товарищи! — воодушевленно выдохнул следователь и, засучив рукава, полез нам помогать. — Взяли! Давайте на три. И р-раз!

«Три!» мы ждать не стали, потянули стальной лист, вросший в пепелище, и откинули его в сторону, подняв в воздух миллионы черных пылинок.

Прокашлялись. Внизу зияла чернотой яма.

— Есть фонарик? — засуетился Горохов.

— Я сейчас, — Алексей вытащил из криминалистического чемодана длинный серебристый фонарик аж на четыре круглых батарейки.

Горохов в нетерпении выхватил у него прибор, щелкнул ползунком и воткнул луч в яму.