— Ну что, ты теперь у нас грабитель, значит, а Васильков? — хмыкнул Филин, сверля меня циничным, оценивающим взглядом. — Смотрю, на новую машинку решил заработать, да? И с твоими-то миллиардами идти на такое… Совсем заняться нечем? Папочкино наследство прожигать надоело? Или от дури и безделья башку напрочь снесло?

Я молчал, исподлобья глядя на капитана, как на пустое место. Не буду же я ему рассказывать весь свой хитроумный план, каким образом хочу откосить от армии.

— Доброе утро, капитан, — улыбнулся я сквозь зубы, подавляя желание плюнуть ему в рожу. Надо держать лицо и быть милым, если хочу, чтоб все прокатило как надо.

— Доброе, говоришь? — переспросил тот, округляя глаза в притворном удивлении. — Ты видел, что твориться в дежурке? Ты это называешь добрым утром?! Да за одно такое утро я уже готов удавиться!

— А что случилось-то? — для приличия решил поинтересоваться я.

— План-перехват… И вообще это не твое собачье дело, — огрызнулся капитан, понимая, что над ним издеваются. — Ты лучше о своей заднице беспокойся, пацан. Решил поиграть в разбойника? А про священную букву закона Российской Империи, мать ее, ты не забыл?!

Отыгрывая образ злого полицейского, Филин со всей дури саданул волосатым кулачищем по столу, отчего древние папки, подпрыгнув, посыпались на пол. Послышался грохот и жалобный звон — видимо, под столом были спрятаны пустые бутылки. Похоже, наш капитан не брезгует прикладываться к стакану даже в рабочее время.

«И перед кем ты тогда спектакль ломаешь, урод? — пронеслось у меня в голове. — Наверное, уже счастлив до неприличия, предвкушая, как в очередной раз получишь на лапу от моей бабули.»

— Ты знаешь, какой срок тебе светит, придурок? — между тем не унимался капитан, брызжа слюной и потея от натуги. — Лет двадцать строгача, не меньше! Что, заскучал в своих хоромах? Нечем больше развлечься, кроме как честных людей грабить? Или папенькиных денег мало стало?

— Это вы Трубецких в честные записали? — усмехнулся я, не скрывая сарказма. Эти князьки такие же честные, как портовые шлюхи — невинные. Все знают, что свои капиталы они сколотили на нелегальной торговле, прикрытые связями при дворе и взятками. И куда смотрит наша доблестная полиция?

Филин в сердцах еще раз шваркнул по столу для острастки.

— Заткнулся, щенок! Думаешь, тебе все можно?

— Ну, если честно, то — да, — кивнул я, в свою очередь, сам начиная понемногу заводиться. — Совет вам, капитан, лучше за словами следите.

— Чтоооо?! Да я тебя!.. — взревел Филин. Его трясущаяся рука потянулась к кобуре.