Впрочем, плакал я не столько по роботу, сколько по своей собственной горькой судьбинушке, которая в одночасье прошлась по мне буквально асфальтовым катком, безжалостно оставляя вдали мою прежнюю беззаботную жизнь. Миллионы, крутые тачки, брендовые шмотки, гламурные цыпочки — все это осталось в прошлом, канув в небытие.
А что ждет меня впереди? Мрачные казармы, грязь, пот, кровь, смертельные бои и наверняка ранняя могила в какой-нибудь гиблой дыре на задворках галактики. Вот и весь расклад, как на ладони. И ничего уже не изменить, не исправить, колесо Фортуны завертелось, причем явно не в том направлении, на которое я рассчитывал…
— Не плачь, сладенький, я тебя утешу, — гнусаво осклабился идущий за мной следом верзила с мордой расплющенной как вареный блин.
Долго переваривать полученную информацию я не стал. Не стерпев такого хамства и унижения, я со всего размаха вложился локтем громиле промеж глаз, превращая его физиономию в кровавую маску. Кажется, я переборщил с силой удара, ну да и плевать! Пусть знает, сука, как за словами не следить! Я ему еще и с ноги добавил, когда он завыл белугой и покатился по полу, зажимая расквашенное рыло.
— Я тебя сам утешу, тварь! Добавки захотел? — яростно прошипел я, с наслаждением впечатывая ботинок ему под ребра. Ненависть и злость клокотали внутри, требуя выхода. Хоть на ком-то сорвать всю эту бессильную ярость и горечь.
Но долго измываться над поверженным противником мне не дали. Сразу подбежали конвойные, лениво матерясь и потехи ради размахивая дубинками. Они без лишних слов и церемоний растолкали нас подальше друг от друга, чтобы не было вдруг продолжения банкета. А для острастки зарядили бронированными перчатками каждому под дых. Мама дорогая, как же больно-то, аж искры из глаз…
Внутри транспортника царил унылый полумрак, прерываемый скупыми всполохами тусклых аварийных огней. Затхлый воздух, пропитанный миазмами давно немытых тел, страха и машинной смазки, обжигал ноздри и першил в горле. Нестройную колонну будущего пушечного мяса, коим мы теперь и являлись, загнали в тесный десантный отсек и велели пристегнуться. Еще бы кляпы в рот понавтыкали, ну да ладно, и на том спасибо.
Плюхнувшись на жесткое откидное сидение, обтянутое потрескавшимся дерматином, я с тоской огляделся. Да уж, интерьерчик как в дешевом борделе для прокаженных! Соседями мне, кажется, достались два уголовника со стажем — мрачные, бритые наголо, с тупыми взглядами и шеями покрытыми синюшными татуировками. Н-да, веселенькая компания подобралась, ничего не скажешь! Прямо санаторий для золотой молодежи, твою ж мать! Куда я попал вообще?