Да, нам будет непросто. Я понятия не имел, как, где и на что мы будем жить, но сейчас наполнился уверенностью, что всё получится. И с дедом справимся, и с родителями Недотроги. Стены, возведённые её отцом, рухнули под воздействием внешних обстоятельств, и Виолетта стала похожа на беззащитного птенца, выбравшегося из скорлупы. Мне захотелось её защитить. Но для этого я сам должен выбраться из оков собственных убеждений и, расправив крылья, научиться летать.
Эпилог Виолетта
Раздался требовательный стук в дверь.
— Виолетта, ну сколько можно⁈
Я вышла из ванной комнаты и улыбнулась подпрыгивающей от нетерпения Вороне.
— Кто раньше встал, того и тапки!
— Ещё минута, и я бы тебе в эти тапки нассала, — проворчала девушка и заперлась.
— Неудобства совместного санузла, — усмехнулся Ледат. Он чмокнул меня в щёку и подхватил на руки дочку Руси. — Тётя Виолетта привыкла совершенно к другой жизни.
Он понёс ребёнка в комнату и посадил на диван, где было приготовлено платье девочки. Принялся одевать Маришку, но тут в инвалидном кресле встрепенулся его дед.
— Во-от п-пус-сть и ка-атит-тся в сво-ою Мо-оск-кву! — тщательно выговорил он и наградил меня гневным взглядом.
— У вас всё лучше и лучше получается, — иронично отозвалась я. — Похоже, что ненависть к будущей невестке подталкивает вас к выздоровлению гораздо сильнее лекарств.
— Оформи патент! — крикнула из ванны Руся. Зашумела льющаяся вода, и девушка вышла. — Ледат, свободно… Дай я её одену.
— Я почти закончил, — натягивая на ноги ребёнку трикотаж, проворчал Ледыш. — А колготки должны быть с дырками?
— Да, — отодвинула его Руся. — Если это кардиган.
Лицо Ледата стало таким озадаченным, что я рассмеялась. Троцкий поднялся и, обняв меня за плечи, пообещал:
— Буду тренироваться усерднее.
— А есть причина? — Руся стрельнула глазками на мой плоский живот.
— П-про-ост-титу-ут-тка! — вытаращив глаза, закудахтал старик.
— Не оскорбляй мою невесту! — сухо попросил его Ледыш и снова повернулся к Вороне. — Пока нет. Я это делаю ради счастливого будущего.
— Как способность отличить детские колготки от кофточки сделает тебя счастливее? — саркастично подколола его подруга.
— Чтобы быть счастливым, ты должен завоевать то, что судьба ни при каких обстоятельствах у тебя не отберёт, — весело вмешалась я. — Слова Аврелия Августина!
Теперь они казались мне не мрачным изречением, а указующей стрелкой к истинному счастью. Потому что эта дорога вела не наружу, а внутрь человека. В самое сердце!
— Сказала богачка, которая стала нищенкой, — фыркнула Руся. — Чего у тебя нельзя отобрать-то? Пусть тебе сейчас кажется иначе, но даже любовь проходит. Кому, как не мне, знать об этом?