И в то же время осознавал, что её решение не имело ко мне никакого отношения.
— Как твоя дочка? — донёсся до слуха негромкий голос Недотроги.
— Норм, — сухо ответила Ворона. Она не любила распространяться о ребёнке.
— Потерпите ещё немного, — попросила Виолетта. — Как получим приз, я отдам тебе свою долю. Мне больше не нужно, а ты снимешь комнату в общежитии для себя и девочки.
Я не удержался и обернулся, пристально посмотрев на девушку. Заметив мой взгляд, она поджала губы и отвернулась. Друзья переглянулись. Они не понимали, что между нами происходит, но ощущали возникшее напряжение и холодность.
Усмехнувшись, я махнул на прощание и покинул зал, но перед гримёркой на пути вырос верный пёс Аида.
— Егор Никитич ждёт, — сообщил мне мужчина и, схватив за шиворот, поволок к кабинету Черных.
Я молча стерпел способ, каким меня проводили, лишь поправил одежду, когда помощник Аида отпустил мой ворот.
— Какая сегодня программа? — бесцветным голосом спросил у сидящего за столом мужчины. — Желаете использовать меня в качестве груши? Или заставите бежать, пустив по следу своих подручных на мотоциклах? Может, на бис исполнить «Мурку», стоя на голове?
— Иди домой, — неожиданно ответил Черных.
— Что-что? — я не поверил ушам.
— Завтра конкурс. — Он выгнул бровь и поставил локти на стол. Переплёл пальцы рук и сузил глаза. — Хочу, чтобы ты как следует отдохнул, а завтра показал всё, на что способен.
— Но почему? — вырвалось у меня.
Аид дёрнул уголком рта и горько ответил:
— Не могу допустить, чтобы хрен, который пел в дуэте с моим сыном, позорно проиграл.
Уходя, я поминутно оглядывался.
Мне никогда не понять этого человека!
Глава 16 Виолетта
Я проснулась резко, будто от толчка. Распахнула глаза и, глядя в потолок, прислушивалась к сильному и быстрому биению сердца. Казалось, оно стучало в ушах. Повернув голову, посмотрела на часы. Уже восемь, тогда почему так темно? Села в кровати и повернулась к окну. За стеклом летали снежинки. Касаясь стекла, они превращались в слёзы неба и стекали, оставляя грязные разводы.
— Надо же. — Прошлёпав к окну, я посмотрела на хмурое небо. — Первый снег в этом году, так рано…
Со стороны кухни раздался звон посуды, я ощутила аромат кофе и, вздохнув, начала одеваться. В рюкзак вместо привычных учебников и ноута засунула нотную тетрадь, а затем тихонько вышла из своей комнаты. Я планировала проскользнуть к выходу, как делала каждый день после открывшейся мне правды, но вдруг услышала голос отца:
— Виолетта до сих пор с тобой не разговаривает?
— Да, она приходит поздно, сразу прячется у себя, а уходит, когда ещё сплю. — Мама общалась по громкой связи. — На вопросы не реагирует, объяснять ничего не желает. Не знаю, что и делать!