— Спокойной ночи.
Утром ушла, не позавтракав. Подхватив Ворону, доехала до института на такси. Как и ожидалось, Ледата на занятиях снова не было.
— Он издевается? — глянув на часы, простонала я.
Едва дождавшись окончания уроков, поехала в клуб. Заметив в небе столб чёрного дыма, похолодела от дурного предчувствия.
Глава 4 Ледат
Всё складывалось слишком хорошо. Мне стоило раньше подумать, почему так подозрительно легко отступил Аид, и что меня уже несколько дней не преследовали его псы, не говоря уже о том, что никто не препятствовал нашей группе репетировать и даже выступать в клубе Клоуна. Жизнь, казалось, налаживалась, и я ослабил бдительность. Ребята, как я и предполагал, быстро сошлись, и каждому нашлось своё место.
Неуклюжий в повседневности Минотавр преображался, стоило ему взять в руки барабанные палочки, и становился похож на многорукого индийского бога, так ловко он играл! Грубая Ворона могла подхватить любую импровизацию, у девушки был яркий талант. Серьёзная Вика ныряла в музыку и чувствовала себя как дельфин в океане, лишь коснувшись пальцами клавиш. А из беззаботной хохотушки Полины вышла великолепная бэк-вокалистка.
Но сердце группы — это, без сомнения, Виолетта. Дело не только в природной харизме девушки и сильном чистом голосе. С первого взгляда было ясно, что она прирождённая звезда. Но при этом казалось, что она сама себе мешает засиять. Будто доходит до какой-то черты и замирает, не решаясь переступить её.
Она пела красиво и правильно, но на этом всё.
Думая о Недотроге, я представлял её себе невероятно красивой бабочкой, которая привыкла жить в банке. Стекло убрали, но она продолжала ощущать несуществующую преграду, не решалась пересечь её.
Поэтому я увёз девушку за город. Показал, что мир не ограничен домом и институтом. Там, на свежем воздухе, почувствовав простор и свободу, Виолетта впервые взяла октавы, которых раньше избегала. При этом у девушки было такое выражение лица, словно она делает что-то запрещённое.
В этот момент она напомнила мне кое-кого. Сергей Черных был противоположностью своего отца. Яркий и подвижный, он напоминал ртуть. Всегда улыбался и подбадривал других. Именно он вдохновил нас с Минотавром участвовать в школьном конкурсе. Сам же присоединяться не собирался, страшась отца, но мы его уговорили.
Сергей вышел на сцену с таким же выражением лица, какое было у Недотроги вчера. Может, поэтому ночью мне приснился погибший друг?
Пальцы дрогнули, и намыленная тарелка выскользнула из рук, разбив в раковине ещё одну. В закуток, где я мыл посуду, тут же заглянул Смирнов. Потёр блестящую лысину, сузил и без того маленькие глаза.