— Ого, — удивилась. — С каких пор тебя интересуют мои друзья?
— Милая, — вздохнула она и на миг прикусила нижнюю губу, будто сдерживая слёзы. Потом спокойно продолжила: — Я просто очень рада, что у тебя здесь появились знакомые. И что тебе снова интересна учёба. Честно говоря, думала, что тебе в этом городке будет душно, если ты понимаешь, о чём я.
— Прекрасно понимаю, мам. — Я дёрнула уголком губ и пожала плечами. — Я и сама предполагала, что каждый день будет мучительной пыткой, но оказалось, что жизнь продолжается даже в этой дыре… Как там папа сказал? Мухосранск!
Она прыснула, не сдержавшись, и через секунду мы обе уже весело смеялись, потому что я озвучила мысли нас обеих. Маме тоже непросто пришлось, ведь она не из тех, кто склоняет голову. Ещё вчера перед ней все лебезили и едва туфли не целовали, а сегодня эта гордая и красивая женщина вынуждена выслушивать приказы и исполнять их так, чтобы самодуру, стоящему во главе какого-то предприятия, это понравилось. Интересно, а где она работает?
— Кстати, о папе… — успокоившись, начала она.
— Опаздываю, — тут же подскочила я и, оставив недоеденный бутерброд, выбежала в коридор. Схватила сумку, несколько купюр, которые приготовила мне мама на день, и сунула ноги в кроссы. — Пока-пока!
Хлопнула дверью прежде, чем она успела что-то добавить, и встретилась взглядом с маленькой девочкой, которая стояла на лестничной площадке. В заляпанной чем-то футболке и мокрых колготках, одной рукой она держала безухого плюшевого медведя, а палец другой активно сосала.
Я подняла голову и заметила, что дверь в соседнюю квартиру приоткрыта.
— Эй, — заглянув, позвала я. — Тут ребёнок в подъезде…
И осеклась при виде сидящей на полу женщины. Выглядела она жутко, на голове колтуны, фиолетовый синяк под глазом. Поджав колени, соседка невидяще смотрела на стену перед собой и что-то бормотала. Ощутимо пахло перегаром, и я поморщилась, но уйти не смогла. Взяла девочку за руку и повела внутрь квартиры.
— Женщина, — позвала соседку. — Заприте дверь, а то ребёнок уйдёт на улицу и потеряется.
Тут одна из двух дверей распахнулась, и на пороге появилась невысокая худая девушка с ультракороткой стрижкой, выбритой бровью и тоннелями в ушах. В столице я и внимания бы не обратила на её вид, но для этого городка он был весьма вызывающим. А ещё она показалась мне смутно знакомой.
Чтобы объяснить своё вторжение, я начала:
— Я из соседней квартиры…
— Знаю, — сухо перебила она. Подошла и взяла ребёнка на руки. — Спасибо, и уходи.
Унесла девочку в комнату, из которой только что вышла. Я успела заметить узкую кровать, чёрные шторы и силуэт гитары в углу прежде, чем дверь захлопнулась. Сидящая на полу женщина даже не шелохнулась, продолжая пялиться в стену и что-то шептать.