Султан Абдул-Хамид Четвёртый был здоров, как бык. Ни единой жалобы на тело. Но микромоторика выдавала напряжение. Большой палец левой руки ритмично постукивал по столешнице, и ритм этот был слишком ровным и контролируемым. Человек, привыкший подавлять тревогу и умеющий это делать, но тревога никуда не уходит, она просачивается наружу через мелочи, через постукивание пальцем, через взгляд, который задерживается на собеседнике на полсекунды дольше, чем нужно для вежливого внимания.

Он боялся за племянника. Он примчался в Измир посреди ночи, сорвав с места свиту, охрану и кортеж, потому что мальчик, которого я вчера оперировал, был ему дорог по-настоящему. Кемаль-паша для Султана был больше, чем пункт в линии наследования.

Ника ела с аппетитом, Султан, наблюдая за ней, кажется, испытывал нечто вроде удовлетворения. В его мире женщина, которая ест с удовольствием за твоим столом, считается хорошим знаком. Она положила себе мяса, риса с шафраном, взяла лепёшку, разломила её и обмакнула в густой тёмный соус. Я отметил, что тошнота отступила. Адреналин иногда глушит токсикоз первого триместра лучше любого церукала.

Керим-бей стоял за правым плечом Султана и ждал.

Трапеза длилась двадцать минут. Султан ел мало, пил кофе из маленькой чашки и наблюдал за нами с терпеливым вниманием. Когда я подлил Нике воды из кувшина, Султан чуть наклонил голову, отмечая этот жест, и по его лицу прошло мимолётное выражение, которое я прочитал как одобрение.

Слуги убрали тарелки. На столе остался кофе в серебряном кофейнике, чашки с толстыми стенками, розетка с рахат-лукумом и блюдце с засахаренным миндалём. Ника подлила себе кофе и обхватила чашку ладонями, грея пальцы, хотя в зале было тепло.

Султан заговорил. Голос у него оказался с хрипотцой, и он говорил короткими фразами, делая паузы после каждого предложения, чтобы Керим-бей успевал переводить.

— Повелитель говорит, что жизнь Кемаль-паши была в руках Аллаха и в ваших руках, — переводил Керим-бей, и каждое слово он произносил с весомостью, за которой стояло понимание, что от точности перевода зависит многое. — Повелитель знает, что вы обнаружили болезнь, которую двенадцать лекарей до вас не сумели увидеть. Он знает, что вы оперировали при свете фонарей, когда электричество отключили, что вы разоблачили Мустафу-бея. За это он желает вас наградить.

Керим-бей замолчал. Султан смотрел на меня и ждал.

— Назовите сумму, — перевёл Керим-бей после короткой фразы Султана. — Любую.

Я поставил чашку на блюдце.

— Деньги мне не нужны, Ваше Величество, — сказал я, и Керим-бей перевёл.