— Гарантировать, что кости срастутся ровно, я не могу. Но ты, черт возьми, модифицированный, а потому я думаю, что твой организм сам справится.

Фраза звучала цинично, но была вполне справедливой. Закончив с лечением, я направился в кабину пилота. Георг глянул на меня и протянул мне второй шлем. С его помощью я смог надеть шлем на голову, и уселся в кресло второго пилота. Впереди нас была белая пелена, и никакая электроника на это не влияла.

— Мы сейчас идем в сторону верхней границы атмосферы, — как будто прочитал мои мысли Георг. — Здесь, скорее всего, и нет ничего.

— И когда мы выберемся? За пределы атмосферы, я имею в виду?

— Не знаю, — честно ответил пилот. — Никто не знает. Может, через минуту. Может — через час. У нас нет никаких данных по толщине здешней атмосферы.

— Понятно, — мрачно сказал я.

— Крис, я тоже хочу увидеть Старобор, — начал оправдываться Георг. — И не только Старобор. И твой родной биом тоже — я до сих пор не верю, что он существует. И другие биомы хочу увидеть тоже! Крис, если я прав, то…

— А если нет?

— А если нет, то мы все — покойники. Но такой исход так или иначе был в возможной программе полёта, не так ли?

— Верно. Но все же, я бы предпочел, чтобы ты оказался прав.

— Я тоже!

— И еще одно. Сейчас мы впятером, в этом вироне, и мы зависим друг от друга. И я не хотел бы, чтобы каждый из нас играл в свою игру.

— Крис, я все сказал. У меня нет больше тайн. Готов слушаться и повиноваться.

— Я никакой не командир. Я думаю, что мы все должны решать все сообща. Сделать свой Совет. И голос каждого из нас должен иметь одинаковый вес при решениях. Пока мы не вернемся на Атлантис, по крайней мере.

— Поздравляю, — торжественно произнес Георг. — Ты только что изобрел демократию.

Я ничего не ответил. Потому что не знал, что означает слово «демократия». Сзади зашевелился сержант, застонал. Первой у него оказалась доктор, которая помогла военному сесть, и что-то вколола в его плечо. Мы, перебивая друг друга, рассказали сержанту, что тут произошло, и что еще произойдет. Он кинул один мрачный взгляд на два тела, другой — не Георга. Сержант был явно не в восторге от нашего плана, но также быстро понял, что альтернативы на данный момент попросту не существует.

Пользуясь случаем, я коротко рассказал всем о своем видение управления группой и способе принятия решений. Сержант поморщился — то, что я предложил, явно отличалось от армейского подхода к иерархии. Доктор Водопьянова высказалась в том смысле, что «пока сгодится и так». Орвин меня поддержал, а Георг не спорил. Таким образом, и этот вопрос на данный момент я счел решенным.