Джейми шёл пешком — в отличие от королевы в карете или Кристиана на лошади — и успел порядком устать. Его сапоги уже покрылись слоем дорожной пыли, а лямка сумки то и дело сползала с плеча.
Небо было облачным, но изредка появляющееся солнце уходящего лета, которое было ещё достаточно горячим, чтобы от него хотелось скрыться. Лучи пробивались сквозь рваные края облаков, золотили верхушки деревьев, бросали длинные тени на дорогу. Больше всего Джейми боялся сгореть — его кожа не была такой бледной, как у Амалии или иных представителей золотой крови. Но всё равно быстро краснела под безжалостным солнцем.
По сторонам дороги раскинулась дикая красота предлесья. Высокие травы, достигавшие ему до колена, шелестели на ветру, отливая всеми оттенками зелёного и золотистого.
Вдоль тропы росли дикие яблони — невысокие, корявые, но щедро усыпанные мелкими красными плодами. Некоторые уже опали, и их терпкий аромат смешивался с запахом нагретой земли и сухой травы. В кронах деревьев щебетали птицы, перекликались, перелетая с ветки на ветку. Где‑то вдалеке куковала кукушка, отсчитывая чьи‑то годы.
Шут никогда ранее не путешествовал — разве что в соседние города для выступлений на заказ, но это не могло сравниться с поездкой в другую страну. Он не знал, нужно ли развлекать путников, может, стоит что-то спеть? Они прошли уже половину пути, солнце скрылось за облаками, и до лагеря, как сказал рыцарь Коллин — главнокомандующий солдат, оставалось совсем немного.
Джейми подошёл к Кристиану — тот, клюя носом, мерно покачивался в седле, его лошадь шла неспешной рысью.
— Кристиан, — прошептал Джейми, но пришлось прибавить громкость. — Проснись! На нас напал ледяной вопль!
Кристиан разлепил глаза и спохватился.
— Ледяной вопль?! — он закричал, так что даже его лошадь встрепенулась. — Погоди, они ведь обитают только на Севере!
Советник недовольно глянул на Шута.
— Смотрю, кому-то весело.
Джейми развёл руками, продолжая идти.
— Я не могу позволить себе сон на лошади – слишком занят мозолями на ногах.
Кристиан закатил глаза.
— Ты же сам отказался ехать верхом! Мог сесть с кем-то из слуг, раз так боишься свалиться.
— Я не боюсь, — объяснял Джейми, смотря на голову лошади Кристина. — Они просто меня не любят. Видимо, считают, что я недостаточно благороден для их благородных спин.
Кристиан посмотрел на позолоченную королевскую карету.
— Королева недавно проснулась. Если хочешь, можешь спеть.
Джейми просиял. Он подбежал к Уорику, который мечтательно разглядывал поля.
— Что ты делаешь? — отвлёкся он, притормаживая лошадь.