Но мысли притупились, дыхание стало ровным, плечи расслабились — наконец‑то хоть какая‑то передышка после безумного утра. Эля задремала.
И, естественно, не услышала, как на коммуникаторе коротко мигнул сигнал и пришло сообщение от Нейры.
Глава 27
Дверь бесшумно скользнула в сторону, и в кабинет вошёл Скорпион. Он замер на пороге, впитывая открывшуюся ему картину.
Доктор Миранова мирно дремала на кушетке: полотенце небрежно лежало на лице, блузка слегка сбилась, приоткрывая полоску кожи у талии, юбка чуть задралась на бедре. В воздухе витал насыщенный, сладковатый аромат орхидей.
Скорпион приподнял бровь.
— Ну и картина, — тихо произнёс он. — То ли святая, то ли жертва трудового подвига.
Он сделал несколько шагов вперёд и остановился у кушетки, присев на корточки.
В этот момент полотенце соскользнуло с лица Эли, открыв её расслабленные черты. Она слегка нахмурилась во сне, пробормотала что‑то вроде:
— Нет, хвост, нельзя… орхидеи… Алор…
Скорпион хмыкнул, а Эля вздрогнула и резко села, сбрасывая остатки сна.
— Что?! — она распахнула глаза и увидела перед собой Скорпиона. — А! Вы… вы здесь?!
Она поспешно поправила юбку и блузку, пытаясь вернуть себе профессиональный вид, но щёки уже залил румянец.
Скорпион едва заметно улыбнулся — не насмешливо, а скорее понимающе.
— Вижу, день выдался не из лёгких, — заметил он, окинув взглядом орхидеи, разбросанные записи на столе и голографический проектор, мерцающий в режиме ожидания.
— Это… вынужденный перерыв, — Эля пригладила волосы, стараясь не встречаться с ним взглядом. — После работы с некоторыми пациентами требуется… перезагрузка.
— И, судя по всему, я прервал ваш сеанс медитации с полотенцем, — он выпрямился, спрятав руки в карманы.
— Это не медитация, — Эля попыталась собраться с мыслями. — Это… вынужденный отдых после ультразвука и хвостов.
— Ультразвук и хвосты? — переспросил Скорпион, приподняв бровь. — Звучит как название нового ночного клуба.
— Если бы, — вздохнула Эля, поправляя блузку. — У меня был пациент, который общается ультразвуком и после него голова гудит, как реактор. А Алор… собственно, неважно.
Скорпион усмехнулся:
— То есть у вас тут целый зоопарк необычных пациентов. И я, надо полагать, в списке самых «удобных»?
— О, вы на особом месте, — улыбнулась Эля смотря на него снизу вверх. — В категории «Упрямые бойцы с глубоким сопротивлением терапии».
— Звучит почти как титул.
Эля поднялась и скрестила руки на груди, стараясь вернуть профессиональный тон. Её взгляд невольно задержался на его лице — ни одного синяка, ни намёка на следы вчерашнего инцидента. «Цел и здоров, и к тому же в отличном настроении. Подозрительно. Неужели к секси‑андроботам ходил?» — эта мысль неприятно царапнула, но она тут же отогнала её, мысленно одёрнув себя: «Это не моё дело. Совсем не моё».