Эля остановилась перед массивной дверью кабинета Тарена Викса. Дверь была выполнена из композитного сплава с гравировкой в виде созвездия Ориона — символа командования. На панели рядом мигал индикатор статуса: «В режиме приёма».
Она сделала глубокий вдох, расправила плечи и постучала — трижды, как предписывал протокол.
— Войдите, — раздался низкий, властный голос.
Глава 34
Эля повернула ручку и вошла в кабинет. Помещение поражало масштабом: огромный панорамный экран во всю стену отображал текущее положение станции относительно ближайших космических объектов. В центре стоял массивный стол из тёмного дерева, за которым восседал Тарен Викс в неизменном тёмно‑синем мундире с эмблемой Союза Свободных Систем.
Командор поднял глаза от голографического дисплея, на котором мелькали графики и таблицы.
— Доктор Миранова, — произнёс он, и голос его прозвучал ровно, но с явным подтекстом. — Вы получили мой вызов с высшим приоритетом. Я рассчитывал увидеть вас раньше.
— Прошу прощения, командор Викс, — ответила Эля, стараясь говорить спокойно и уверенно.
На мгновение в кабинете повисла тишина. Воздух сгустился, стал почти осязаемым — Эля чувствовала, как он давит на плечи, затрудняет дыхание.
Тарен Викс поднял взгляд. Его глаза, холодные и проницательные, словно сканировали её насквозь, выискивая трещины в броне самообладания. Он слегка приподнял бровь — едва заметный жест, выдававший его пристальное внимание. В руках он держал распечатанный отчёт: лист бумаги казался крошечным и хрупким в его крупной ладони. Командор жестом предложил Эле сесть напротив, указав на стул с прямой спинкой — тот стоял так, будто специально создан для допросов.
— Доктор Миранова, — произнёс он без предисловий, небрежно встряхнув листом. Бумага хрустнула, звук резанул слух. — Я получил ваш отчёт.
Эля почувствовала, как внутри всё сжалось, но внешне осталась спокойной. Она села, выпрямив спину, расправила плечи и заставила себя посмотреть прямо в серые стальные глаза командора.«Только не выдать волнение. Только не дрогнуть».
— Да. Я отправила его несколько минут назад.
— И вы считаете, что этой информации достаточно? — Викс слегка наклонился вперёд, локти упёрлись в стол, пальцы сплелись в замок. Его голос звучал ровно, но в нём чувствовалась сталь. — Вы пишете о «потенциальной стабилизируемости», но умалчиваете о реальной угрозе. Я расцениваю это как сокрытие важных фактов.
Эля сохранила спокойствие, хотя сердце билось учащённо. Она выбрала тактику осторожной, но твёрдой защиты своей позиции.
— Командор, — ровным голосом начала она, — я предоставила объективную оценку текущего состояния пациента. И включила всю необходимую профессиональную информацию, — её голос прозвучал твёрже, чем она ожидала. — Детали личного характера не влияют на терапевтический процесс и могут навредить доверию пациента.