И когда дверь распахнулась с глухим звуком, Эля лишь спокойно повернула голову.
Глава 35
В помещение вошли шесть военных в экипировке с оружием — тяжёлые ботинки гулко стучали по полу, отдаваясь эхом в напряжённой тишине. В центре группы шёл Скорпион.
Его руки и ноги были скованы ограничителями, слабо мерцавшими в свете ламп, но помимо них его ещё сковали кандалами — видимо, как дополнительную меру предосторожности. Даже в таком положении он держался с горделивой осанкой. Лицо непроницаемо, на скуле темнела ссадина, губа рассечена — следы недавнего сопротивления. Но глаза… В них полыхала такая ярость, что даже военные невольно напряглись, держа оружие наготове.
Взгляд Скорпиона метнулся к Эле. И в его взгляде тут же отразилось недоумение, сменившееся тревогой. Он бросил быстрый взгляд на командора, затем снова посмотрел на Элю — и в этом взгляде читался немой вопрос: «Ты знала? Ты причастна?»
Эля стояла у стола командора, прямая, как струна. Взгляд её был пустым. Препарат, введённый Виксом, сделал своё дело: эмоции притупились, воля ослабла, а внутри осталась лишь холодная пустота. Но где‑то глубоко, под этой пеленой апатии, теплился огонёк сознания:«Молчи. Если заговоришь — его тогда запрут в камере 0‑X».
Она чувствовала, как сердце бьётся — глухо, ровно, без прежней страсти. Раньше каждый удар отзывался в груди теплом, надеждой, решимостью. Теперь же это был просто механический ритм, лишённый смысла. Пальцы слегка дрожали, но не от волнения — будто тело ещё помнило, как чувствовать, но уже не могло.
—Скарион Морвин , пришло время поговорить, — чётко произнёс Тарен Викс, когда Скорпион перевёл взгляд на него.
Скорпион вздрогнул. Его имя. Настоящее имя. Оно прозвучало здесь, в этом кабинете, как удар хлыста. Он резко поднял голову, взгляд заметался между Элей и командором. В его взгляде промелькнули все эмоции: сначала изумление — будто он не верил, что его настоящее имя прозвучало здесь, в этом кабинете; затем растерянность — он пытался понять, что это значит; следом пришла боль — осознание того, что всё, во что он начал верить, может оказаться ложью. Наконец, прищур — жёсткий, холодный, полный горького осознания.
— Вы умолчали, когда прибыли на станцию, о том, что являетесь мощным оружием и подвергаете всех опасности, — жёстко произнёс Викс. — Вы не просто оказались нестабильны — выявляетесь оружием. Я вправе вас арестовать. Благодаря доктору Мирановой мы предотвратили опасность в вашем лице.
Скорпион сжал кулаки, ограничители слабо заискрили, реагируя на всплеск энергии. Он резко выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Его грудь вздымалась от прерывистого дыхания, на скулах заходили желваки. Татуировка на руке вспыхнула ярче, но тут же угасла под действием ограничителей.