«Ох, нет». Лин перекатывала в ладони камень Петрова. Свет очага отражался от его полированной поверхности, а где-то в глубине, как тени за ширмой, двигались странные смутные силуэты.

Разумеется, она поддалась на уговоры Ханы, согласилась прийти на Праздник Богини, помочь с подготовкой. Что толку от ее упрямого характера? Хана знала, с какой стороны к ней подойти.

Вдруг клубы дыма внутри камешка образовали знакомую фигуру, и все мысли вылетели у Лин из головы. Тень напоминала какую-то букву или цифру; еще немного, и она поймет, что это такое…

Громкий стук в дверь заставил ее вскочить на ноги. Давно стемнело; она слышала, как часы на Ветряной башне пробили полночь. В такой час ее могли потревожить только ради больного, отчаянно нуждающегося в помощи.

«Мариам?» С гулко бьющимся сердцем Лин распахнула входную дверь. На пороге стоял ее сосед, Орен Кандель.

– Тебя спрашивают у ворот, – не здороваясь, буркнул он. – Там ждет карета.

Резкий ответ готов был сорваться у нее с языка, но Лин сдержалась. Орен так и не простил ее за то, что она отказалась выйти за него замуж. Сейчас он служил в отряде шомрим – стражей, охранявших стену и ворота Солта. Она часто видела его, когда выходила в город и возвращалась оттуда, и всегда вежливо здоровалась с ним. Он молчал в ответ и смотрел на нее с таким лицом, словно ему очень хотелось схватить ее сумку с инструментами и швырнуть за стену.

Однажды, два года назад, он пригласил ее на танец во время Праздника Богини. Лин отказалась под предлогом усталости. Но на самом деле ей просто не хотелось танцевать с ним: что-то в Орене пугало ее. Эти маленькие злобные огоньки, которые всегда горели в его темно-карих глазах. Огоньки ненависти стали ярче после того, как она отказала ему в ту ночь.

– Карета? – повторила Лин. – Это кто-то из моих городских пациентов?

Его тонкие пальцы играли тяжелой металлической цепью, на звеньях которой были выгравированы слова Молитвы Госпоже.

– Не знаю. Меня просто попросили привести тебя. И передать, чтобы ты взяла свою сумку.

– Мне было бы проще, если бы я знала, в чем проблема…

Орен хмуро смотрел на нее.

– Не имею понятия.

Он наслаждался этим разговором, ему нравилось говорить ей «нет», это было ясно.

– Подожди здесь, – велела Лин и захлопнула дверь у него перед носом.

Потом поспешила в свою спальню, нашла одежду врача – синюю льняную тунику и штаны, – сунула в карман камень Петрова. Заплела волосы в косу и надела материнскую цепочку с подвеской. Знакомая тяжесть золотого кольца, лежавшего в ложбинке на шее, успокаивала. Наконец, Лин вытащила из-под кровати сумку, которая всегда была собрана и готова к неожиданному вызову.