– Не стоит обижаться. Слежка за тобой оказалась невыносимо скучной. Ты почти все время сидишь в Маривенте. А когда ты оттуда вышел, то отправился не куда-нибудь, а к Меррену. И в этот момент стало ясно, что за тобой шпионю не только я.

– «Пауки», – произнес Кел, и Джиан кивнула. – Однако ты могла оставить меня истекать кровью на улице.

– Андрейену это не понравилось бы, – объяснила Джиан, когда они вошли в большой зал с куполом наподобие тех, которые Келу приходилось видеть в загородных поместьях аристократов.

В центре оставалось свободное пространство, вокруг которого были расставлены штук пять кресел и несколько кушеток. Мебель была разномастная – черный лакированный шкафчик, вальдеранский мозаичный столик. В одном из кресел сидел Меррен, погруженный в чтение. Несмотря на жару, в огромном камине, занимавшем чуть ли не полстены, пылал огонь.

– О чем ты хотел поговорить с Андрейеном? Скажи, пока я не отправилась за ним. На случай, если эта тема его не заинтересует.

Значит, Король Старьевщиков не рассказал своей верной сообщнице о записке, которую отправил Келу. Любопытно. Возможно, он хотел оставить это в секрете, хотя Кел не мог понять почему.

Он попытался придумать какой-нибудь благовидный предлог и вдруг вспомнил разговор, случайно услышанный во время бесцельных прогулок по Маривенту.

– Скажи ему, что у меня вопрос насчет Артала Гремонта.

Книга выскользнула из рук Меррена и с глухим стуком упала на пол. Джиан смотрела на Кела, словно не веря своим ушам. Кел переводил взгляд с девушки на студента, недоумевая, в чем дело и что такого он сказал.

– Я… я позову Андрейена, – пробормотала Джиан, явно выведенная из равновесия.

Прежде чем выйти из зала, она обернулась и еще раз взглянула на Кела круглыми глазами, как будто перед ней был еж, декламирующий стихи на сартском языке.

Как только дверь за ней закрылась, Меррен поднялся и подобрал с пола книгу. Он ничуть не изменился со дня их последней встречи. Перед Келом был все тот же нервный, но грациозный юноша с блестящими светлыми локонами в заношенном черном костюме с заплатками на локтях.

– Почему вы заговорили о Гремонте? – воскликнул он.

Кел развел руками.

– Совершенно случайно. На Горе он считается загадочной фигурой. Его отправили в ссылку почти десять лет назад…

– Это была нессылка , – прорычал Меррен. – Онбежал . А должен был болтаться на виселице посреди площади Валериана.

Кел прищурился.

– Это имеет какое-то отношение к вашему отцу?

– К моему отцу. К моей сестре. К моей семье. – У Меррена тряслись руки. – Вы действительно… никто на Горе не знает, что он сделал?