Формат сделали как вечернее разговорное шоу: ведущий, два кресла, между нами столик, за спиной — задник с логотипом HTV, а в студии, ярусами, живая публика, десятка три человек, для дыхания зала и живой реакции. Рядом со мной, во втором кресле, посадили Эстер — в строгом, элегантном светлом костюме, собранную, красивую. Символ преемственности, живое доказательство, что кровь Херста никуда не делась, а сидит тут, рядом с новым владельцем, по доброй воле. Мы условились заранее: она говорит мало, но веско, и всем своим видом показывает — семья не растоптана, семья с нами.

Ведущий, лощёный малый по имени Джек Саппл, начал издалека, с любезностей, но я видел по его глазам, что карточки в его руке припасены с запасом. И точно — размявшись, он пошёл в атаку.

— Мистер Миллер, — сказал он, глядя то на меня, то в объектив, — вся страна называет вас пиратом. Говорят, вы за одни выходные, обманом и силой, разорили семью, которая полвека служила американской журналистике. Что вы на это ответите?

В студии повисла тишина. Публика подалась вперёд. Вот он, момент.

Я не стал горячиться. Наоборот — чуть помолчал, глядя прямо в камеру, спокойно, почти по-домашнему.

— Знаете, — сказал я негромко, — я вырос, читая газеты Херста. Как и вы. Как и, наверное, половина этой студии. — Я обвёл рукой зал. — И хочу вам прямо сказать — я никого не разорял. Корпорация Херста больна, и больна давно. Неэффективное управление, огромные долги, которые копились годами. Я не поджёг дом. Я вошёл в дом, который уже горел, и вынес из огня то, что можно спасти: газеты, рабочие места, само имя Херста. Посмотрите вон туда.

Я махнул рукой в сторону зала, где в первом ряду сидела наряженная в розовое платье с жакетом Эстер. Камеры тут же повернулись к ней.

— Это мисс Херст. Первая американка, которая вошла в совет директоров крупной американской корпорации. И тем самым сохранила преемственность с семьей Херстов. Мисс Эстер будет заниматься в компании кадровыми вопросами, редакционной политикой, благо она имеет большой журналистский опыт. Очень надеюсь, что мы сможем вместе вывести Херст Корп. из кризиса.

По залу прошёл одобрительный гул, Эстер согласно покивала. Джек понял, что тут ловить нечего и сразу же переключился на другую тему:

— Хорошо. Но давайте начистоту, мистер Миллер. Вы — издатель «Ловеласа». Журнала, который одни называют смелым, а многие — попросту порнографией. Проповедники предают вас анафеме, Ку-Клус-Клан объявил вам, как говорят в Италии, вендетту. И вот теперь этот человек владеет солиднейшими газетами и радиостанциями Америки. Как порядочным читателям теперь быть?