Из окна старинного двухэтажного бревенчатого особняка, когда-то принадлежавшего богатому ново-николаевскому купцу Берко Мировичу и в котором сейчас обреталась редакция журнала, открывался вид на бывшую Гудимовскую, ныне Коммунистическую улицу. Деревянные наличники на окнах особняка ещё хранили следы тонкой резьбы — память о купеческой роскоши, а на стене соседнего дома висел лозунг:

«Пятилетку — в четыре года!».

Контраст был почти оскорбительным, но к нему уже все привыкли.

При царе-батюшке здесь жили в своих великолепных особняках все лучшие представители новониколаевского еврейского купечества — Михаил Розенфельд, Арон Каган, Григорий Бейлин, Пётр Зедайн. Хотя Зедайн, кажется, был поляком, но это неточно.

После Революции 1917 года в этих особняках, в разное время проживали другие евреи, члены высшего руководства НКВД НСО — Ровинский, Горский, Эрделевский, Малозовский, массовый убийца Георгий Бейман и другие представители этого людоедского ведомства. В одних домах жили их семьи, а в других были устроены явочные квартиры для встреч с теми гражданами, кто с ними сотрудничал. И таковых увы было много.

Из-за этих гиперактивных граждан, в том числе из недр собственной редакции, главреда периодически вызывали в Управление КГБ СССР по Новосибирской области, находившееся совсем рядом, в доме 49 по Коммунистической, на профилактические беседы после очередных доносов. Ему повезло… его не арестовывали, не били, но, бывало, рекомендовали… или не рекомендовали, в зависимости от ситуации.

А вот его предшественнику на посту главного редактора «Новосибирских Огней» — еврею-выкресту и прекрасному писателю Вивиану Азарьевичу Итину, повезло меньше. Его евреи-атеисты с Коммунистической, 49, арестовали в 1938 году за «шпионаж в пользу Японии», предварительно выгнав из партии.

А до этого, на глазах Итина были уничтожены все основные писательские силы Новосибирска: публицист Вениамин Вегман, писатель Георгий Вяткин, краевед Максимилиан Кравков, этнограф Михаил Ошаров, драматург Пётр Гинцель и ряд журналистов.

И только детскому писателю Юрию Сальникову, обвинённому в антисоветской агитации и осуждённому на десять лет лагерей с последующим лишением гражданских прав на три года, повезло остаться в живых — в 1945 году он был освобождён, а в 1947 году вернулся в Новосибирск и продолжил литературную деятельность.

На допросах Бейман бил Итина по голове его же книгами. Приговор — расстрел.

Но через год его трагическую судьбу повторили и сами палачи (Бейман — расстрелян), в том числе члены судившей его «тройки» НКВД, русские: Иван Мальцев (председатель) — арестован, осужден, умер в лагере; Игнатий Барков — арестован, покончил с собой во время следствия (выбросился из окна); Иван Новиков — застрелился. И только в 1956 году Итин был реабилитирован «за отсутствием состава преступления».