За это я выдал ему три серебряных монеты. Одну — авансом, за будущую работу.
— Эта, за поиск жилья, — положил ошарашенному парню я вторую монету. — А эту за торг. Удивил так удивил.
— Спасибо мастер! Я не подведу!
Пока Сяо мыл пол и оттирал стены от плесени, ругаясь себе под нос так витиевато, что я заподозревал в нём скрытый талант к литературе, я дошел до мастера Цао, забрать все свои пожитки и инструменты. Он сегодня не работал, молча гонял чаи в мастерской, пока я собирал вещи.
— Спасибо, — сказал я, когда всё было готово и я отдал ключ. — За всё. За комнату, за совет, за настойку, за еду. За историю про секту. Я не забуду. И я не полезу туда, куда не нужно, обещаю.
Он смотрел на меня секунды три, потом хмыкнул.
— Заходи, если понадобится наковальня. Да и чай выпить иногда заходи к старику, а то скучно мне будет.
— Обязательно зайду, мастер.
Я кивнул, развернулся и ушёл. На этот раз не оглядывался, потому что если бы оглянулся, то увидел бы, как старик стоит в дверях и смотрит мне вслед, а я не хотел этого видеть, потому что тогда пришлось бы признать, что уходить от него было труднее, чем я ожидал. Несмотря на то, что весь мир учил меня никому не верить, и все друг другу враги, вокруг оказалось достаточно хороших людей, которые помогли мне стать тем, кем я стал сейчас.
Глава 6
«Мастерская Тун Мин — рунные изделия».
Вывеску я сделал сам. Платить за неё каллиграфу по соседству было расточительством, да и что мог сделать каллиграф такого, чего не смог бы рунный мастер? Взял доску, которую Сяо выклянчил у плотника и вырезал на ней буквы. Потом залил углубления бронзовой краской, которая, высохнув, поблёскивала на свету. Общий вид был вполне приличным, но я пока решил не заморачиваться с полноценной. И так сойдет.
Повесил вывеску на крюк над дверью, отступил на шаг, посмотрел. В груди шевельнулась гордость, за самого себя. Но без глупого самодовольства. Просто тихое осознание того, что я сделал ещё один шаг, маленький, незначительный по меркам этого гигантского города, где практики могли одним ударом разрушить стену, а кланы ворочали тысячами золотых, но это был сделанный мною лично шаг, и он стоил мне очень дорого.
— Красиво! — заявил Сяо, стоя рядом, задрав голову и щурясь, и я не был уверен, говорил ли он про вывеску или просто льстил мне.
— Мне нравится. — согласился я. — Пошли есть.
Питались мы дома, ели рис с кусками сушёного мяса, размоченного в кипятке, который я нагрел на своём же собственном нагревательном камне, потому что плиты у нас не было, и пили воду из кувшина, который Сяо наполнил у общественного фонтана на углу. Он, конечно, много всего купил для уюта в доме, но всё равно, у нас еще была далеко не полная чаша.