— Господин Орман, при всем уважении, я…

— Любите её, — перебил генерал. — Поверьте, Ард, этот факт очевиден любому, кто проведет с вами двумя дольше минуты. Вы искренни любите мою дочь, а она вас.

Ардан немного растерялся.

— Тогда я не понимаю.

— И не поймете, — слегка дернул плечами Рейш и, совсем, как и Тесс (вернее, наоборот) поправил вьющиеся рыжие волосы, полезшие на лицо. Видимо воск не держал. — В вашем возрасте этого не понять, молодой человек. Но когда вы станете старше, то увидите, что порой жизнь бывает иронична в выборе трагедии. Некоторые люди всю жизнь ищут того, кто смотрел бы на них так, как вы с Тесс смотрите друг на друга. И это банальная, всем знакомая драма. А бывает так, Ард, что люди друг друга, все же, находят, а потом понимают, что одной только любви недостаточно. И это страшно. Потому что ничего не сделать. И никак не исправить. И сердце, разбитое знанием того, что только лишь любви для жизни недостаточно, уже не вылечить и не починить.

Ардан аккуратно выбирал слова. Не потому, что де-юре не смог бы жить с Тесс без разрешения её отца. Вовсе нет. Подобные законы отменили еще даже до восстания Темного Лорда. Когда девушке требовалось письменное разрешение отца, одобряющее выбор жениха.

Традиция осталась — не более того.

Но Тесс любила свою семью и Ардан не хотел ставить её перед выбором. Это низко и бесчестно.

— Господин Орман, я понимаю, что я беден и у меня за душой, кроме звания младшего офицера второй канцелярии и учебы в Большом больше ничего нет, но, уверяю вас, у меняесть план как поправить материальное положение, — Ардан даже открыл гримуар на том месте, где максимально подробно расписал какие шаги, в какой последовательности и в каких временных рамках собирался предпринять. — Я уверяю вас, господин Орман, что даже при самом пессимистичном прогнозе, при прочих равных в уравнении, я смогу отвести Тесс сразу после свадьбы не на канал Маркова двадцать три, а в место, которое было никак не связано… с определенной группой орков и…

Рейш улыбнулся. Без злобы. Но и без особой радости. Так улыбаются те, кто стоят на границе обрыва и знают, что им придется спрыгнуть. Чтобы они не делали. Прыгнуть придется. Только желания от осознания данного факта у них совсем не прибавлялось.

— Я не сомневаюсь, Ард, что вы обладаете светлой головой и сможете обеспечить моей дочери достойный уровень жизни, — Рейш выпрямился и посмотрел на посох, а затем на верхнюю губу Арди, которой тот постоянно прикрывал свои нечеловеческие клыки. — Так же, как я не сомневаюсь в том факте, что вы сможете защитить мою дочь.