Что должен был чувствовать сейчас Арди? Он уже привык, что другие Первородные видели в нем человека и, в целом, абстрактное явление, портящее им их складную картину бытия. Тоже самое можно было сказать и про людей.

Ардан не то, что чувствовал себя чужим среди и тех и других, скорее это «и те и другие» хотели бы, чтобы он таковым себя и видел.

Но пленный Фатийский эльф-полукровка совсем иная история. Иностранный военный, взятый в плен в ходе контр-диверсионной деятельности. Ни преступник, ни террорист, ни заговорщик.

Враг из враждебной страны, выполнявший приказ.

Ардан не чувствовал к нему ни ненависти, ни призрения, ни страха.

Скорее — вообще ничего не чувствовал. В том числе ни сострадания, ни жалости, ни даже какой-то поверхностной эмпатии.

Странное чувство.

Будто смотришь куда-то в пустоту перед собой.

— Эй, капрал, — буркнул позади него Мшистый. — я может и не понимаю, что вы там говорите, но даже мне понятно, что это не перечень вопросов. Так что приступай к своей работе.

Ардан вздрогнул, прокашлялся и поднял перед глазами опросный лист.

—Откуда у тебя символы племен Армондо? — задал он первый вопрос.

Арди, признаться, ожидал, что эльф опять засмеется и замолчит, но тот так не поступил.

— Я был рожден на севере Империи, мальчик, — лицо полукровки застыло и взгляд чуть поник.

Он вновь выглядел, как и в момент, когда Ардан вошел в вагон. Немного утомленным и слегка печальным.

Эльф говорил, а Арди синхронно переводил на Галесский. И по мере рассказа эльфа становилось понятно, почему тот отказывался говорить на Имперском. Он его понимал, но уже не мог нормально сформулировать мысли на почти забытом языке

—В резервации Первородных. Она называлась Налакит. В очередном прорыве границы конницей Армондо мне не повезло оказаться в числе пленников , — эльф говорил ровным, лишенным сожаления или переживаний тоном, но Арди слышал, как порой сбивалось с шага его сердце. —Меня продали как игрушку для сына вождя одного из прибрежных племен. Вместо женщин он предпочитал… женоподобных юношей. И пока я не вырос, сын вождя пользовался мной так, как хотел …и когда хотел .

Ненадолго эльф замолчал, коснувшись пальцами одного из витка узоров на правой руке. И кольца. Простой, железной полоски, неумело и неловко скованной в круг.

—Когда я стал старше, мне повезло подавать еду гостям на Оркомаадад. Знаешь что это ?

Ардан кивнул.

—Обычай в Армондо .Когда соседние племена съезжаются, чтобы обсудить торговлю и споры .

—Ты хорошо образован, мальчик , — дернулись уголки губ эльфа. —На Оркомаададе меня приметил шаман племени. Он заметил, как я шептал над водой, чтобы та затвердела в глотке сына вождя племени, которое удерживало меня. Шаман не вмешался. Тот смертный помер в хрипах, криках и отчаянии. Он раздирал себе горло ногтями, но никак не мог вытащить то, что там застряло. Быстро умер. Жаль. Я хотел, чтобы он дольше испытывал все, что заставлял терпеть меня на протяжении почти пяти лет. Мне исполнилось шестнадцать в тот день.