— Жалость, — пожал плечами Арди.

— Это у мужчин, — Милар поднялся и таки убрал револьвер с саблей обратно в кобуру и ножны соответственно. — А у некоторых женщин, избитых судьбой, скажем, находящихся в тяжелой ситуации, может быть вынужденных работать проституткой, такой парнишка мог бы стать чем-то вроде домашнего животного. О котором можно позаботиться. И через эту заботу представить, что кто-то заботиться о тебе самой. Не ныненшней. А той маленькой, всеми брошенной девочки.

Ардан повернулся к Милару. Слишком подробное описание другого человекадаже для дознавателя первого ранга.

— Ты уже видел такое.

— Говорю же, Ард, станешь отменным дознавателем, — на сей раз без особой радости улыбнулся Милар. — Помнишь Плакальщицу?

Ардан кивнул.

— Помнишь я рассказывал, что в детстве убил пьяницу? Отставного военного, у которого чердак в голове прогнил. Плакальщица заставила меня пережить все это.

Ардан кивнул снова.

— Я не говорил, что стало с его дочерью и женой, — Милар потянулся было к зажигалке, вспомнил, что та не справилась с искрой, да так и махнул рукой. — Жена его не умела выбирать мужчин, Ард… познакомилась с одним приезжим в городе. Он её накормил красивыми сказками. Обещал забрать с собой на Тайское приграничье. А на деле был простым бродягой. Делал с ней… всякое. Не в приличном обществе помянутое. Но мне, порой, было слышно. Соседи же.

Милар подошел к стене и, как и Арди прежде, провел пальцами по рисункам. Он, конечно, не обладал навыками Говорящего чтобы что-то в них услышать, но у Милара имелись глаза. И сердце. А еще несколько детей. В том числе и девочка.

Не один только Ард испытывал здесь сентиментальность.

— Но кому какое дело, что делают мужчина и женщина в постели, правильно? — продолжил капитан. — Так что никто ничего не говорил, хоть и не одобряли, что она так быстро закончила траур.

— По пьянице? Который её избивал?

— И по отставному военному, Ард, — Милар потер подушечки пальцев, будто хотел что-то на них обнаружить. — А еще мы люди сельские, простые и… да ты и сам понимаешь. Уверен, что в Эвергейле нравы схожие.

Милар не ошибался…

— А потом выяснилось, что с вдовой он, Ард, вовсе ничего не делал. Кроме как, разумеется, кормил её сказками. Мол, понимал её. Не хотел торопить. Траур уважал… — Милар сжал кулак и прикрыл глаза. — И все, что происходило в той спальне, происходило с её дочерью, Ард. А выяснилось это только когда кто-то, по той же пьяни, назвал вдову женщиной легкого поведения, которая сразу после смерти мужа под другого легла.

Ардан крепче сжал посох.