— В детстве все не любили Первородных, Ард, — Перси начал прилаживать новые ножи на место. — Это меня ни в коей степени не оправдывает, но… так меня научили. Не любить вас и…

— Перси, слушай, не обижайся только, но у меня не так много времени с родными, и я не очень понимаю, что ты хочешь мне сказать.

Кенбиш вздохнул, отложил инструменты, снял маску и уселся на пол, прислонившись спиной к генератору.

— Я хочу извиниться. Но я не хочу, чтобы ты подумал, что я делаю это только потому, что повзрослел, поумнел и мне стало стыдно.

— Пока звучит будто все именно так и есть.

Губы Перси тронула печальная улыбка.

— Когда я закончил обучение, то мой первый вызов оказался именно сюда. Дом Семнадцать по улице Каменщиков. Анна тогда еще не начала работать в бухгалтерии конторы… А я приехал и сразу почувствовал что-то неладное. А потом дверь открыл Келли. Он был удивлен. Да и я тоже. Вечные Ангелы только знают, кто удивился больше, — Перси пригладил волосы и опустил взгляд в пол. — Я думал сразу уйти. Но не ушел. Не хотел потерять работу. Остался. Твоя матушка предложила мне чай, а я сказал что-то. Не помню даже что. И пошел в подвал. Злой был, как голодный демон. Думал — вот как жизнь несправедлива. Я живу в съемной комнате в промышленной зоне, едва концы с концами свожу, а у… вас, — Перси явно проглотил другое слово. Слово, которым называл Первородных в детстве. — вон как все. Мне это казалось таким несправедливым… И я напортачил.

Кенбиш провел пальцами по лицу.

— Вспороло меня знатно. Нож в шее застрял. Я вообще плохо помню, что произошло. Помню только, что твой брат меня держал. Эрт прижимал руки к шее и к ране. Зажимал своей рубашкой. И звал на помощь. Громко так. Громче, наверное, чем могут кричать люди. А еще помню, — Перси запустил руку в волосы и взъерошил те. — как Келли стоял на лестнице и просто молча на нас смотрел. Секунд пять, может десять. Ты понимаешь? Он думал — звать кого-то или позволить мне…

Перси замолчал.

Арди не был удивлен. Келли Брайан человек, насквозь пронизанный степными и горными ветрами. Для современного жителя Метрополии он бы показался жестоким и неотесанным, но таким его сделала Предгорная губерния, в которой цивилизация соседствовала с дикостью. И её обитатели жили на этой своеобразной границе приобретая те качества, которые позволяли им выжить.

Ардан нисколько не удивлялся тому, что бывший Шериф не сразу бросился на помощь.

И нисколько не удивлялся тому, что Эрти, которому тоже доставалась от Перси и его прихлебателей, даже ни секунды не сомневался в том, что требовалось сделать.