У меня внутри все похолодело, когда я представил себе, что мог оказаться в этом автобусе…

Бедный «Ворошилов»!

Я попытался вспомнить, все что я знаю о бедняге. А знал я о «Ворошилове», прямо скажем, совсем немного.

Климент Ефремович недавно окончил аспирантуру, защитил диссертацию и работал преподавателем в нашем институте, кажется, всего второй год. Среди студентов он был дико популярен. И дело даже не в том, что Климент Ефремович отлично разбирался в своем предмете.

Просто «Ворошилов» был невероятно красив. Высокий, ладный, стройный, подтянутый, лет двадцати пяти. Волосы кудрявые, глаза с поволокой, кожа фарфоровая — словом, не парень, а просто принц из сказки. Как мажор Филипп, только еще красивее.

Почти все девчонки в институте сохли по «Ворошилову» и то и дело пытались улучить момент, чтобы после уроков остаться с ним наедине — якобы для того, чтобы разобрать какой-то «вопрос».

Отличница Мила Городецкая, пытаясь заарканить красавчика Климента Ефремовича, даже специально начала тупить на его уроках. И все это — для того, чтобы улучить возможность пообщаться. Но никакие ее ухищрения не сработали. Все без толку — бывшая отличница, которой уже на первом курсе прочили красный диплом, только успеваемость себе подпортила.

Поэтому сейчас Милочка, забив на амурные дела, усиленно грызла гранит науки — она снова хотела стать лучшей на курсе.

Впрочем, и без Милы желающих очутиться в объятиях красивого преподавателя было хоть отбавляй. Что только ни делали институтские красавицы, чтобы понравиться «Ворошилову»: и записочки в лабораторные работы подкладывали, и локоны завивали, и даже напрямую на свидания звали…

Но… «Ворошилов» был непоколебим. Будто железный Феликс.

— Климент Ефремович! — набравшись смелости, подошла как-то к нему Катя Звягинцева после уроков.

Я тогда выходил из класса одним из последних и, прикрывая дверь, услышал, как она с ним разговаривает.

— Слушаю Вас… — рассеянно отозвался преподаватель, собирая вещи в портфель со стола.

— Я тут два билета в кино взяла — на «Судьбу человека», — игриво стреляя глазками, сказала Катя. — Мы с подругой хотели пойти, а она не может. Вы не составите мне компанию?

Я замер у двери снаружи, осторожно подглядывая в крошечную щелку.

Реакция Климента Ефремовича была точь-в-точь такой, как я и предполагал.

— Премного благодарен Вам, Екатерина! — холодно и официально ответил «Ворошилов». — Но я уже видел этот фильм. Пригласите Воронцова. Думаю, он не откажется. И не забудьте — я жду от Вас лабораторную работу. Вы уже в третий раз ее переписываете.