— Фалин. Я говорил с главврачом. На пятнадцать ноль-ноль. В сорок третью палату! — отрывистым тоном, точь-в-точь, каким он разговаривал со мной недавно по телефону, проговорил Михаил Кондратьевич.
— А… — начала служащая, показывая на меня.
— А это со мной! — предупреждая возражения, коротко сказал Настин папа.
— Проходите! — милостиво кивнула дама, похожая на стрекозу.
Мы двинулись по коридору.
— Вам удалось что-то узнать? — шепнул я.
В руках у меня по-прежнему была небольшая книжка, в которой я аккуратно носил драгоценную фотографию. Веселые и улыбающиеся Саша и Света стояли, обнявшись, на выставке достижений народного хозяйства. Подружки и не подозревали даже, что пройдет всего немножко времени, и я, как сайгак, буду носиться с этой фотографией по всей Москве.
— Да! — так же шепотом ответил мне несостоявшийся тесть. И, обернувшись на всякий случай, он добавил: — Пятьдесят третья.
— Что?
— Пятьдесят третья палата, говорю, — чуть громче, но все так же шепотом сказал Михаил Кондратьевич. — Этажом выше. У тебя пять минут.
— Понял! — обрадованно шепнул я. — Я мигом!
Я, обернувшись, хотел было уже припустить по коридору, но чуть было не сшиб с ног какую-то девчушку в белом халате. Она торопливо шла по коридору, неся судно.
— Виноват! Прошу прощения! — на ходу извинился и тут же замер, как вкопанный.
Я узнал эту девушку.
Глава 20
— Зина! — я от неожиданности опешил.
Вот уж кого-кого, а свою новую знакомую я точно не ожидал здесь увидеть. Девушка отскочила в сторону и укоризненно посмотрела на меня.
— А ты тут какими судьбами? — вытаращился я на нее.
— Какими-какими…
Супруга Тютькина Д. В. показала на судно, которое держала в руках.
— Работаю я тут. Санитаркой. Два года уж как. И Димка мой тут неподалеку пристроился — водителем на машине «Скорой помощи». Квартиру вот дали…
— Ясно, — пробормотал я.
Вот так встреча!
— Налетел, как умалишенный! — попеняла мне обитательница квартиры, которая в будущем станет моим съемным жильем.
Впрочем, выглядела моя новая знакомая вполне доброжелательно. Она, кажется, забыла уже напрочь про перформанс, который мы с супругой Толика недавно устроили у нее в квартире. По-моему, Зина вообще была по жизни если не оптимисткой, то пофигисткой уж точно. Этакая классическая неунывающая советская женщина, которая идет по жизни, смеясь, и к жизненным казусам относится по-философски. Повезло Димке с женой. С такой и в разведку можно пойти без всяких опасений.
— Я не нарочно, Зина! — повинился я. — Знакомую пришел навестить. А где пятьдесят третья палата, не знаешь?
— А тебе кого там надо? — насторожилась Зина.