Зимой в СССР пятидесятых у взрослых людей вариантов развлечься было немного: кино, театр, каток, ну и, конечно, музеи. Если, конечно, не хочешь сидеть дома за вязанием или чтением журнала.

В кино идти Саша не хотела. И вот по какой причине. Ее подружка Света имела странную особенность — едва присев где-нибудь, где было темно, она частенько засыпала. Неважно, театр это был, кино или просто жутко неудобная верхняя полка в плацкартном вагоне. Светочка просто-напросто вырубалась и начинала храпеть.

— Может, на каток? — предложила Света. Об этой своей особенности она и сама прекрасно знала. — Там я точно не усну. В «Сокольниках» вроде новый открылся. Говорят, большой…

— Я за музей. А то я катаюсь так себе. Давай, чтобы никому обидно не было, скинемся на «камень, ножницы, бумага»? — предложила Саша безотказный способ определиться с трудным выбором.

В итоге Саша накрыла воображаемой «бумагой» Светин «камень», и подружки пошли в музей — Третьяковскую галерею.

— Представляешь! — взахлеб рассказывала Саше подружка по дороге. — Наша Рита недавно в «Третьяковке» с каким-то студентом МГИМО познакомилась. Красивый, высокий — вылитый Аполлон. Игорем зовут. И кудряшки вьются, как у барышни какой-то. Он ее в кино потом пригласил…

— Рита уже как-то познакомилась с одним «мгимо-шником»! — рассудительно заметила Саша. Подружки зашли в «Третьяковку», отстояли очередь в гардероб, сдали пальто и теперь гуляли по залам, неторопливо рассматривая экспозиции. — А потом как узнала, что этот Юрик на самом деле в МГИМО сантехником работает, сразу же его и бросила.

— Да ну тебя! — надулась Света. — С тобой невозможно разговаривать!

— Добрый день, барышни! — раздался вдруг тихий вкрадчивый голос.

Девушки обернулись.

На Сашу и Свету с интересом смотрел… не то что бы парень — скорее, мужичок. На вид этому созданию было уже к тридцати годам. Лоб уже прорезали первые морщинки, да и у губ залегли небольшие складки.

Однако ростом он едва был выше крохотной Саши. Мужичок, подошедший к подружкам, походил на франта-нищеброда. Рубашка — самая дешевая, хотя вроде бы чистая. Брюки блестели от неумелой глажки. Крохотную голову венчал засаленный берет, а на шее красовался мятый платок. Это существо, казалось, очень мечтало походить на какого-нибудь ветреного и изящного французского художника с Монмартра.

Но до художника с Монмартра ему было, кажется, так же далеко, как и мне, невежде, до пятерки по литературе.

— Чего Вам? — ощерилась Сашина подружка Света.

Она сразу подметила интерес, с которым низенький мужичонка рассматривал ее фигуру. Никакой взаимной симпатии он у нее не вызвал. Это ж не красавчик Игорь из МГИМО, с которым Рита недавно тут познакомилась!