— Не вы, а ты! — улыбнулся я. — И вообще — предлагаю познакомиться заново: Георгий, можно просто Жора!
— Иван. Извини меня за прошлый раз — я тебя не за того принял, нагрубил… Срываюсь порой, на себя потом в зеркало смотреть стыдно.
— Проехали! — не стал лезть в бутылку я.
— Так что насчёт чая, Жора? — облегчённо вздохнул Самбур. — Правда, заварка так себе, как говорится — веником пахнет, но всяко лучше пустого кипятка. Налить?
— Ну… пожалуй с меня пока тоже хватит жидкости на сегодня. Давай лучше по делу поговорим, — предложил я.
— Ну давай. Ты насчёт Александра Быстрова интересовался — так вот, что я тебе скажу, Жора: плохи его дела.
— Насколько плохи? — напрягся я.
— Хуже некуда. Всё против него: и мотив, и отсутствие алиби, и показания свидетелей.
— Ну, а сам он что говорит?
— Ничего.
— То есть как ничего? — не сообразил я.
— Вообще ничего. Молчит, будто в рот воды набрал. Ты про меня плохого не подумай — я напраслину возводить не собираюсь, допросы и расследование вёл как положено. Но твой родственник категорически отказался помогать следствию. В общем, у меня нет другого выбора — на днях отправляю дело в суд. А там уже как решат. Думаю, приговор будет серьёзный и ничего хорошего Александру не светит.
— Расстрел? — взволнованно спросил я.
— Расстрел вряд ли, но лет восемь дадут, — пояснил Самбур.
Глава 15
— Был бы социально близким, дали бы меньше. — вставила Рая. — Но это при условии, что политику не затронут.
— А при чём тут политика? — удивился я. — Вроде бы основной мотив — ревность, это чистой воды уголовщина.
— Убитый — преподаватель военшколы. При желании можно подвести базу под сознательное вредительство.
— Ну, это перебор, — заметил я.
— Перебор, конечно, но всё будет зависеть от прокурора. Если обвинение в суде будет поддерживать Шатилов, твоему родственнику не поздоровится, — добавила Раиса. — Он карьеру делает, хочет перебраться в Москву, а для этого ему нужны громкие и желательно политические дела. Девчонки из прокуратуры говорят, что он сейчас политику к месту и ни к месту приплетает.
— Вижу, у тебя больше информации, чем у меня, — покачал головой Самбур. — Кстати, ты права — Шатилов ко мне уже обращался насчёт этого дела: узнавал детали, просил побыстрее оформить. Похоже, именно он собирается быть обвинителем на суде.
— Что-то уж больно совсем хреновый расклад выходит, — вздохнул я. — Ваня, а где сейчас держат Александра?
— В «Крестах».
— Можешь организовать с ним свиданку? — без особой надежды в голосе спросил я.
— Товарищ Быстров, вы что себе позволяете?! — сразу перешёл на официальный тон следователь, но Кондратьев его одёрнул: