— Да.
— Позвольте, я вас провожу. А то здесь такая планировка: человеку, который в первый раз, заблудиться — пара пустяков.
— Благодарю, — кивнул я.
Он довёл меня до высоких дверей, возле которых на посту стоял дневальный.
— Вот, прошу — кабинет Александра Яковлевича находится за этими дверями. Он — человек очень занятой, но чуждый формализма и прочей бюрократии.
— Спасибо за помощь, Вадим Борисович!
— Ну что вы, всегда рад оказать помощь. Если что — обращайтесь. Я тут преподаю устройство и материальную часть стрелкового орудия. Думаю, не ошибусь, если скажу, что меня тут каждая собака знает. Всего вам хорошего, — он щёлкнул каблуками точь-в-точь, как в первую нашу встречу, и пошагал по коридору.
Дневальный не среагировал на моё появление. Как стоял с каменным лицом, так и продолжил стоять.
Я открыл дверь и оказался в «предбаннике» кабинета Слыщёва.
Судя по столу, заваленному бумагами, и телефонному аппарату, тут должен был располагаться секретарь или секретарша. Но сейчас его не было.
Наверное, отличился по каким-то делам, предположил я.
Может, оно и к лучшему — чем меньше препон между мной и тем, кто мне нужен, тем лучше. Никто не помешает.
Осмотревшись по сторонам, я подошёл к массивной деревянной двери, за которой собственно и находилась святая святых училища — кабинет начальника.
Аккуратно постучал, но ответа не последовало. Я немного выждал и повторил попытку с тем же результатом.
Как говорится: а в ответ — тишина.
Ну, ладно, наглость — второе счастье.
С этими мыслями я потянул на себя дверную ручку и шагнул через порог.
За столом напротив сидел мужчина. С моего места виднелась только стриженная и похожая на биллиардный шар круглая голова, которую он уронил руки перед собой.
Я остолбенел: прямо на макушке зияла свежая рана, кровь ещё не запеклась. Такой же кровавый след тянулся по зелёному сукну стола.
Мужчина сидел тихо, не подавая признаков жизни.
Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, только и успел подумать я.
Глава 19
— Анна Петровна, вот, взгляните пожалуйста, что происходит. Так… молодой человек, а вы что здесь делаете? — Спросившему было лет не больше чем мне, однако вёл он себя весьма уверенно.
Вместе с ним была высокая женщина, миловидность которой портило строгое выражение лица.
Они только что появились в кабинете и, что самое странное, вели себя чересчур спокойно для происходящего.
Я уже было собирался вытурить их отсюда, пока они не натоптали следов, как внезапно «покойник» захрипел, оторвал голову от рук и посмотрел на нас осоловевшим взором:
— Тарас, какого хрена? Где водка?