Я видел, как бледнеет Александр, как учащённо дышит и как ходит туда-сюда кадык на его горле. Я очень надеялся, что моя эмоциональная речь, мой посыл дошли до него, заставили изменить точку зрения, что он станет заколебаться, хорошенько обо всём подумает и…
— Всё, что я мог сказать — рассказал! — срывающимся голосом произнёс Александр.
Чувствовалось, что ответ стал для него трудным решением, и всё-таки он его принял
— Ты, идиот? Ты подумал, что я скажу твоей жене?! — хотелось дать ему по морде, врезать под ребро, свалить на пол и лупить-лупить ногами, пока из открытого рта не потечёт ржаво-красная юшка.
— Скажи Кате, что я её очень и очень люблю, — спокойно ответил Александр.
Меня охладила его ледяная уверенность, она подействовала на мой разум.
Я одёрнул себя: как бы ни близка была мне Саша, нельзя давать волю чувствам и поддаваться эмоциям. Быть может во мне бурлила горячая кровь и молодой темперамент настоящего Быстрова — в той жизни я бы вёл себя совсем иначе.
— Она, кстати, тоже тебя любит и тоже просила передать это на словах, — произнёс я. — Ты — главная радость в её жизни. Она не может без тебя.
— Я не могу без неё тоже, но всё равно буду молчать.
Я вперил в него изучающий взгляд.
— Ладно, ты можешь играть в молчанку и дальше, это твоё дело, но я попробую понять какой мотив тобой движет…
Александр хмыкнул, но меня это не смутило. Ничего, пусть думает о своём родственнике всё, что заблагорассудится. Я приехал, чтобы найти убийцу и помочь сестре, и я сделаю это, чего бы мне это ни стоило.
— Один вопрос, Александр, всего один вопрос: может, в день смерти Хвылина ты находился у любовницы и теперь боишься сказать об этом, чтобы не убить Катю?
Глава 18
Александр едва не испепелил меня взором.
— Что ты сказал? А ну, повтори, — от волнения он схватился за душивший его ворот.
— Повторю, не проблема. Скажи — есть ли у тебя любовница и не мог ли ты находиться в тот день у неё? — спокойно произнёс я, наблюдая за реакцией родственника.
— Раньше за такие вещи я бы отхлестал тебя перчатками по щекам и вызвал на дуэль. Но всё изменилось… Как теперь вы, большевики, отвечаете на оскорбления? Пишите доносы и сдаёте в ГПУ? — Он с ненавистью посмотрел на меня.
— Заткнись! — попросил я. — Заткнись и хорошенько подумай. Забудь про свои прежние офицерские замашки — они остались где-то там, в прошлом. А в настоящем у тебя есть любящая жена, которую могут выкинуть из квартиры, если тебя посадят.
— Что? — вскинулся он.
— Что слышал! Катю собираются выселить из квартиры.
— Сволочи! — покачал головой он.