— Сестра твоя уже выгребла все, что можно было. Сам же слышал, что на станцию сегодня ночью пойду.

— Станция эта твоя… Копейки. — Он устало машет рукой. — Время только тратить, тут получше есть вариант. — Он переходит на быстрый шепот. — Мишань, слушай, помоги, а? Выгодное ведь дельце. Тебе червонцы нужны и мне пара сотен не лишние будут.

Ему, значит, сотни, а мне оплата в червонцах.

— Зачем тебе я-то? — Потягиваюсь, оглядываю комнату — детей уже нет, в открытое окно слышны зычные указания тещи.

— Ну как зачем. Мы там с Генкой обсудили уже. У тебя ж две комнаты, одну можно под это дело. — Он выразительно округляет глаза. — Я тебе привезу, что нужно, ну и буду заглядывать, подсказывать там, если что.

Нехилое у него разделение труда и вознаграждения. Особенно удобно, что вся ответственность будет лежать на мне. А Ваське-голове, выходит, платить за идею.

— Не, брат, не пойдет. Есть надежный вариант — старая добрая разгрузка вагонов. Пойдем вместе, работы там на двоих хватит. Раз пять-десять сходишь, глядишь, и не придется на подарок невесте занимать.

— Вот упрямый, — цыкает Васька. — Раньше ты таким не был.

Он грузно поднимается, оглядывает комнату, будто ищет, что бы еще ухватить, и тащится к выходу.

— К Варе больше не подходи! — добавляю в голос жести. — И вообще ко всем моим детям.

Васька сглатывает, что-то бормочет себе под нос и выскальзывает за дверь, тихо, как и не было его здесь.

Мда, досталась же родня. Если его сестрица, то есть жена моя, хоть на половину такая же ушлая, понятно, почему мы с ней не ужились. Хотя кто знает, каким Мишка был раньше…

Потягиваюсь, заглядываю на кухню — моих нигде нет. Выглядываю в сад. Окно здесь и правда удачно расположено: хороший обзор и… слышимость.

— Про мать помалкивай, говорю, — доносятся до меня обрывки тещиных указаний. — Я же сказала, ты с ней скоро увидишься.

В ответ раздается свистящее бормотание, но из-за поднявшегося ветра и шума листьев не могу разобрать ни то, что отвечают, ни угадать собеседника.

На душе становится теплее. Детям с матерью будет все же лучше. Не знаю, какие у нас с Алевтиной отношения, может, она от меня хотела уйти. Меня прошлого, конечно. Но зачем при этом бросать детей? Если бы она хоть иногда с ними общалась, мне было бы спокойнее.

Так что новость о том, что скоро она появится, придает мне сил и бодрости.

До выхода на ночную смену я успеваю помочь тестю поменять доски в бане, выкопать ведро картофеля на ужин (и заодно почистить его), а потом, пока теща жарила его на большой сковороде, вместе с детьми прополоть клубнику и полить огород.