– Вот ты где, паскудник! Сейчас же отправляйся в комнату, иначе сидеть тебе без обеда! А если ты еще не выбросил своего мерзкого червяка, я спущу эту гадость в унитаз, и тебя следом!
Надзирательница затопотала вниз по ступенькам, Теренс съежился от страха.
– Не надо, – пролепетал он, – пожалуйста, не надо, я его уберу.
Надзирательница ничего не хотела слушать. Она уже направлялась к ним по дорожке, посыпанной гравием.
– Вы кто? – сверкнув глазами, рявкнула она на Белладонну. – Это частная территория! Нечего вам тут делать.
– Возьмите Пирата, – умоляющим шепотом попросил Теренс.
Белладонна кивнула и спрятала червя в кулаке. Другой рукой она обняла Теренса за плечи. Стоило ей почувствовать, как сотрясается от ужаса хрупкое тельце, как внутри у нее вскипел гнев. Белладонна почти никогда не сердилась, но сейчас прямо-таки пришла в ярость.
Она закрыла глаза, сделала глубокий вдох, а потом призвала на помощь бога, к которому белые ведьмы обычно не обращаются.
– О, великий Кернунн Рогатый, прошу, помоги мне остановить этумерзкую женщину!
Надзирательница подходила все ближе и вдруг… встала на месте. Удивленно посмотрела на левую пятку, попыталась оторвать ее от земли, дернулась сильнее, однако нога словно приросла.
– Смотрите! – выдохнул Теренс.
Носок левой туфли Надзирательницы вздулся, в следующую минуту кожа лопнула и наружу вылез зеленый побег. Змеясь, он пополз вперед, а потом ввинтился в почву. Из боковой части туфли появился еще один побег, за ним – другой, третий… Они делались мощнее, становились узловатыми, как корни старого бука, и все глубже проникали в землю.
– На помощь! – заверещала Надзирательница. – А-а-а!
То же самое начало происходить с правой ногой. Теперь зеленые побеги росли из пальцев, лодыжек, бугристых коленей. Тонкие и гибкие поначалу, они закручивались и утолщались, точно гигантские лианы, и, будто стальные тросы, намертво привязывали Надзирательницу к земле.
– На помощь! – снова заорала она, но никто не услышал, а корни уже тянулись из ее боков, рук, плеч… Наконец она захрипела и умолкла, потому что зеленый усик, пробившийся через верхнюю губу, заструился вниз и буквально зашил ей рот.
Теренс опять охнул. Он все еще жался к Белладонне, однако, переведя взгляд, она увидела, что мальчик не напуган, а изумлен.
– Получилось! – радостно воскликнул он. – Я так и знал! Это ведь волшебство? Вы – ведьма?
Белладонна кивнула. Она тоже разволновалась, потому что укоренение людей – это, конечно, волшебство, но белой магией его не назовешь. Выгонять корни у бегонии, капусты или желтофиоли – вот истинная белая магия, так как корни для растений – вещь естественная, без которой им не прожить. Пригвождать Надзирательниц к земле при помощи корней – совершенно другое дело. Если это и не черная, то, как минимум, серая магия.