Глава 7
Новость о том, что ведьмам придется жить в палатках, поразила мистера Ледбеттера в самое сердце. Когда-то давно, еще до поступления на службу к Арриману, он провел отпуск в турпоходе на юге Франции и до сих пор не забыл здоровенную девицу из Берлина, дочку торговца скобяными товарами, которая посреди ночи заплутала в лагере и, точно подстреленный буйвол, рухнула на его палатку. Мистер Ледбеттер помнил и старуху-гречанку, что стригла ногти на ногах исключительно над умывальником, и трех прокопченных на солнце итальянцев, которые мазали животы маслом для загара и ни на минуту не расставались с орущими транзисторами. Он помнил, как в решетке душевой кабинки застряла дохлая жаба, а волосатая домохозяйка из Люксембурга брила ноги на крылечке своего трейлера. И ведь это былиобычные люди! А что станут вытворять ведьмы, если поселить их в палатках? Представив это, мистер Ледбеттер застонал вслух.
– Ума не приложу, Лестер, и за что мне такое наказание? – пожаловался он людоеду.
Однако же, как полагается хорошему секретарю, мистер Ледбеттер заказал все необходимое – палатки, спальные мешки, складные стулья – и отправил снаряжение в Мрачингтон. Затем он написал на клочках бумаги цифры от одного до семи, положил скрученные бумажки в цилиндр, одолженный у Управляющего, и оставил его на крутящемся табурете в банкетном зале, так как на следующий день ведьмам предстояло с помощью жребия определить очередность участия в конкурсе.
– Не желает ли мадам Олимпия первой тянуть жребий? – предложил мистер Ледбеттер наутро, собрав ведьм после завтрака.
Злая фея вышла вперед, волоча за собой муравьеда на поводке со стразами, сунула руку в цилиндр и вытащила… яйцо.
– Это моя курица снесла, – заявила Нэнси Горлодрай.
– Нет, моя! Мне ли не знать, – заспорила ее сестра.
Остальные ведьмы подошли ближе. Если фамильяр откладывает яйцо, это всегда волнительно. Внутри запросто может оказаться дракончик или сгусток темной энергии, из которого при должном уходе вырастет демон, – в общем, что угодно, поэтому очень даже стоило посмотреть, из-за чего собачатся близнецы Горлодрай.
Мистер Ледбеттер вздохнул. Больше всего ему хотелось поскорее покончить с жеребьевкой.
К цилиндру подошла Этель Коробс. Она работала в цехе по упаковке яиц и потому могла считаться экспертом.
– Это просто яйцо, – объявила она. – Обычное яйцо.
Разумеется, услышав это, сестры Горлодрай пришли в негодование.
– Да как ты смеешь утверждать, что моя курица снесла обычное яйцо!
– Не твоя, а моя!
Этель пожала плечами. Нэнси Горлодрай взяла яйцо, Нора попыталась его отобрать, и через секунду взорам всех присутствующих предстал натюрморт из растекшегося желтка, прозрачного белка и обломков разбитой скорлупы на ковре.