Арриман понимающе кивнул. В его дьявольских глазах полыхнул огонь злодейства.
– Знаете, Ледбеттер, у меня есть отличная идея насчет сэра Саймона. Просто замечательная. Но сперва сыграем свадьбу. Приглашаются все. И обязательно позовите ведьм, которые участвовали в турнире.
– Как, сэр, и даже мадам Олимпию? – нахмурил брови мистер Ледбеттер.
– Ее – в первую очередь! – хищно улыбнулся Арриман.
Глава 21
Наступил день свадьбы, и со всех концов страны в замок прибыли домовые и водяные, гоблины и тролли, фурии и гарпии – все, кто желал повеселиться и поглядеть на нового чародея, появление которого предсказала цыганка Эсмеральда и который, по слухам, могуществом превосходил самого Арримана Ужасного.
Более красивой пары, чем новобрачные, и представить было нельзя. Арриман прикрепил к голове великолепные оленьи рога и надел расшитую золотом мантию. Черное как ночь платье Белладонны свободно струилось до земли, а свои роскошные волосы она украсила лишь скромной летучей мышкой – той самой, что выдумала историю про тетушку Кривозубку на шабаше и убедила Белладонну принять участие в турнире. Сегодня эта крохотная летучая мышь-ночница специально прилетела на торжество из Тодкастера.
В центре стола на синей бархатной подушечке, которую людоед снабдил особым увлажняющим устройством, лежал розовый, гладкий Пират. Теперь, когда в нем наконец перестали видеть фамильяра и признали обычным дождевым червем, ему было хорошо и спокойно. Напротив Пирата на высоком стуле сидел Кракен. От радостного возбуждения малыш попискивал. Белладонне удалось надеть на Кракена подгузник, не запутавшись в восьми щупальцах. Нижняя часть его туловища была задрапирована белоснежным муслином, и это, по замечанию Теренса, делало Кракена похожим на подружку невесты, ну, или на пажа.
На празднике собрались все приглашенные друзья. Из Калькутты прилетел мистер Чаттерджи, вурдалак ради такого события оставил свою скотобойню. Мисс Ледбеттер, хоть и не колдунья, тоже была на свадьбе. Она-то и сообщила, что в приюте «Солнечная долина» новая Надзирательница, добродушная толстушка, и что все дети уже успели ее полюбить. (Прежнюю Надзирательницу выпустили на свободу в розарии, и отныне она приносила пользу, поедая тлю и других вредных насекомых, как все пауки.)
Тодкастерские ведьмы тоже сидели за свадебным столом. Прежде товарки немало насмехались над Белладонной, но как только она стала зваться миссис Канкер и Чародейкой Севера, сразу поменяли свое отношение и теперь стремились всячески ей угодить.
Конечно, Белладонна все им простила. Более того, когда шумное веселье немного утихло, она ласково взяла Арримана за руку и сказала: