– Заруби себе на носу, маленький негодник, посмеешь хоть пикнуть или выкинуть какой-нибудь фокус, и больше тебе отсюда не выйти! Понял?
Теренс кивнул.
За несколько часов, проведенных в приюте, всю его новообретенную жизнерадостность и задор как ветром сдуло. Он мог выстоять перед самой черной магией – она ему даже нравилась, – но бессердечие и жестокость мальчика просто убивали.
И вот стены серой безысходности вновь сомкнулись над ним. К тому времени, как Теренс встал из-за грубого деревянного стола, покончив с вареной рыбой и посинелой, в черных глазках, картошкой, показал на проверке ногти и натянул непромокаемый плащ для обязательной скучной прогулки – мимо фабрики по производству пластмассы, потом налево у газового завода и назад по длинной дороге вдоль убогих домов ленточной застройки, – он уже почти позабыл, что еще несколько часов назад жизнь казалась прекрасной и удивительной.
Когда на обратном пути в приют унылая «змейка» из выстроившихся парами детей во главе с Младшей надзирательницей (бесцветной особой по имени мисс Коттелок) переходила дорогу, произошло кое-что примечательное. Теренс услыхал, как кто-то зовет его по имени, оглянулся и увидел мисс Ледбеттер. В одной руке у нее была корзинка для покупок, в другой – зонтик, которым она махала Теренсу.
– Постой! – крикнула Амелия. – Мне нужно с тобой поговорить.
Не обращая внимания на мисс Коттелок, что-то занудно объяснявшую детям в начале «змейки», сестра мистера Ледбеттера подошла к Теренсу и сказала:
– Хорошо, что я тебя встретила! Не понимаю, правда, что ты тут делаешь. Я думала, ты живешь в замке под присмотром моего брата.
– Жил, – ответил Теренс, – но меня поймали. – Он вскинул на Амелию полные отчаяния глаза. – Пожалуйста, скажите мистеру Ледбеттеру, что я тут. Не хочу, чтобы он думал, будто…
– Теренс Чуч, а ну, шагай быстрее! – резко окликнула его мисс Коттелок. – Не задерживай остальных!
Однако мисс Ледбеттер, которая однажды спустила с лестницы перебравшего актера, ничуть не испугалась Младшей надзирательницы.
– Вот что я хотела тебе сказать, – торопливо зашептала она на ухо Теренсу. – Я только что получила весточку из больницы от Монти Луна. Он ужасно переживает, что подвел вас. Всему виной фургон – тот, что принадлежит осветителю. Монти говорит, покрышки были совсем лысые, только осветитель и слышать ничего не хотел. В общем, по дороге в Мрачингтон машина угодила в кювет, и все трое попали в больницу. Отделались синяками и царапинами, но бедняга Монти очухался только сегодня утром. Когда он должен был выступать – вчера вечером?