— На конкурс «Комсомолка Красноярска» придёте? — спрашиваю я.
— Обязательно! Так, у нас пара вопросов к вам, Игорь, включай свет, — распоряжается девица.
— Вот там и поговорим, я председатель жюри этого конкурса, а сейчас прошу прощения — дела!
Едем к месту основного митинга, а я размышляю, придёт поп или нет к обелиску? Ирка через третьих лиц сообщила по секрету, мол, есть такая вероятность, когда все разъедутся. Я махнул рукой — пусть приходит.
Митинг у памятника Ленину намечен на двенадцать, успеем ещё чай попить и согреться. Пашка и Полина из нашей орггруппы на Комсомольском проспекте, официально открывают его. Собственно там делов немного — произнести торжественную речь, без этого нельзя, и таблички повесить на четыре девятиэтажки, пока столько домов на проспекте в наличии. Заказал табличек побольше, на каждый дом по пять штук. Много — не мало, а меня всегда бесит, когда дома без номеров. Выступаю на площади тоже не я, не по чину, да и, если честно, мне уже во Дворец спорта пора, зачем вообще приехал сюда, дел, что ли, мало? Вон Илюха сразу поехал на конкурс, хотя, он, пока меня нет, старший.
Проспект Мира перегородили для транспорта по случаю праздника и сделали пешеходным, а на параллельном ему проспекте Маркса одну полосу оставили для автобусов. Никого не предупредив, иду на остановку «Луч», там, на перегруженном автобусе-копейке еду три остановки до Острова отдыха. Поглядываю на часы — время есть, но мне ещё надо найти родителей Людмилы и провести их во Дворец на конкурс. Места я им приготовил из своей заначки, но билеты у Александры, в том числе и мой, а она уже внутри спорткомплекса. Пропуска никакого нет, ведь мероприятие длится один день. Зачем? А вот мне бы он сейчас пригодился. Просил же встретить меня! Коза.
— Толя, мы тут! — кричит мама Людмилки, высмотрев меня в толпе заходящих во дворец зрителей.
Машу рукой им.
Степенно и важно подходят ещё молодые папа и мама моей подружки.
— Я уже переживать начала, что опоздаем к началу — галдит мама, а батя делает вид, что ему всё равно.
Но руку попытался сжать! Ха. Со мной такие фокусы давно не проходят, сам он скривился, как будто лимон съел.
На входе толкучки нет пока, все имеющиеся в наличии турникеты исправно пропускают зрителей вовнутрь.
— Не положено, — говорит парень на мою просьбу пропустить меня и пару отпускников.
— Билеты есть, должна мне девушка вынести, я вообще глава жюри, — поясняю я, злясь на безответственную напарницу.
— Молодой человек, у нас дочка в конкурсе участвует! — пытается разжалобить стража порядка мама.