Я лежу и слушаю, как он дышит, ровно и глубоко, и понимаю, что вижу его спящим впервые, и что спящим он выглядит моложе на несколько лет и мягче.

Через два часа на работу. Встать, душ, замазать засос, найти рубашку с воротником повыше, думать о лонгриде, о Вике, о сроках.

Вместо этого я лежу и не двигаюсь, чтобы не разбудить.

С Максимом я редко кончала. Он не спрашивал, а я не заговаривала, потому что однажды услышала, что усложняю и что с другими девушками таких проблем не возникало. Два года я жила с мыслью, что моё тело собрано неправильно, что я из тех женщин, которым просто сложнее, и что взрослая позиция состоит в том, чтобы принять это и не ныть.

А вчера мужчина, которого я знаю неделю, довёл меня до оргазма трижды, тремя разными способами, один за другим. И стонал от моего вкуса, и тянул меня за бёдра ближе к своему рту, будто ему мало и он готов заниматься этим часами.

Значит, дело было не во мне. Простая мысль, и она отзывается злостью, которую я не ожидала, потому что я потратила уйму сил, объясняя себе собственную неисправность.

Эл шевелится. Его рука на моей талии сжимается и тянет меня к себе. Бедром я чувствую его член, твёрдый и горячий, прижатый к моей ягодице.

Его рот на моей шее сзади, где расходятся волосы. Целует, потом легко прихватывает зубами, и его рука скользит с талии вниз по животу и ложится между моих ног. Не двигается. Просто лежит и чувствует, какая я мокрая. Уже.

— Мне на работу. — Голос хриплый со сна и неубедительный даже для меня.

— Потом, — отвечает он мне в шею.

Его пальцы начинают двигаться мягкими ленивыми кругами по клитору, без спешки, будто впереди у нас весь день, а не два часа. Я подаюсь бёдрами назад, к нему, и чувствую, как его член скользит между моих ягодиц, тяжёлый и горячий, и он толкается, не внутрь, просто трётся, и от него сзади и от его пальцев спереди у меня сбивается дыхание.

— Весь день, — произносит он мне в шею, — ты будешь сидеть в редакции и думать о том, что я с тобой делал. И чувствовать мои синяки на бёдрах через юбку. И помнить, как тянула меня за волосы и вжимала в себя.

У меня горят щёки. Он видит это, и я чувствую кожей, как его губы складываются в усмешку.

Его пальцы между моих ног ускоряются, и одновременно он толкается бёдрами, и его член скользит по мокрому, по всей длине, между ягодицами, по промежности, и головка проходит по входу, и я всхлипываю.

Он замирает. Его дыхание, горячее и рваное, на моей шее.

Я чувствую головку у своего входа. Прямо там. Давление, тепло, мокро, и нам обоим не хватает одного движения бёдер.