Задумчиво осмотрев брелок, я сунул его обратно в карман. Хотел уже было сесть в мерседес, но услышал, как завизжали колеса. Пятерка БМВ влетела на парковку. Застыла в пяти метрах от моей машины.

— Летов! — Крикнул тут же выбравшийся из нее водитель. — Где Кулым⁈

Захлопали двери БМВ. Из машины выбрались еще трое.

— Мы были у него дома! Там пиз#ец! Менты уже вовсю шуруют!

Братки, одетые в джинсы, футболки и рубашки направились ко мне.

— Кулым там? В больнице? — Спросил мордатый и короткостриженый водитель. — Че с ним?

— Он живой? — Вклинился второй, повыше, но поуже в плечах и с залысинами у висков.

Бандосы на миг застыли, ожидая моего ответа.

— Кулым погиб, — сказал я.

Бандиты округлили глаза. Стали ошарашенно переглядываться.

— Витя, да ты ж пошутил, не? — спросил мордатый.

Я только отрицательно покачал головой.

— Мля! — Крикнул один из бандосов.

Другой схватился за голову.

— Все, пиз#ец! Приехали!

— Ща начнется такое говно, что нам и не снилось, — выдохнул третий.

— Где Кулыма держат? — Не сдавался мордатый. — Я хочу сам увидеть его тело!

Я указал взглядом на вход больницы. Братки в полном составе торопливо потопали туда. Стали быстро взбираться по ступеням. А потом и вовсе исчезли в дверях.

Сегодня Черемушкинским пришел конец. Было ясно, что банда распадется на множество мелких группировок, которые станут делить власть и ресурсы между собой. Мамикон Кисоян, призванный навести порядок в Армавире, начал с того, что учинил тут новый виток хаоса. Девяностые в нашем городе набирали обороты.

И что самое интересное, я не мог теперь предугадать, как повернутся события. В прошлой моей жизни Черемушкинские существовали до середины нулевых. Только потом их авторитеты и наиболее приближенные к ним бригадиры растворятся среди бизнесменов и политиков новой России. То же самое произойдет и с другими бандитскими группировками.

Даже огромная Мясуховская банда, продержавшаяся довольно долго, проиграет Цапкам в начале двухтысячных. Проиграет исключительно из-за отмороженности последних.

Но что будет теперь? Мне казалось, что все должно обернуться не так уж плохо. Банды, что царили в городе не так давно, обескровлены. Их лидеры мертвы или за решеткой. Наверное, это благо. Казалось бы, стоит радоваться.

Но смерть Кулыма не давала мне покоя. Да, его сложно было назвать хорошим человеком. Он знал, чем занимается. Полностью осознавал, что, по сути, творит зло. Что является неотъемлемой частью девяностых. Но с волками жить — по-волчьи выть. В определенном смысле я тоже вою с ними в унисон. Тоже, как и Кулым, рву зубами врагов, чтобы мои близкие могли жить более-менее спокойно. Думаю, Кулым тоже видел это во мне. Думаю, это нас с ним и сблизило.