Андрей взял плотный кирпичик и понял, что зеленый покров — это всего лишь упаковка, а сама взрывчатка хранится внутри.

— И что мы сделаем? Взорвем Кулыма? А потом что?

— Правильно говоришь, — посерьезнел Бубен, — и я тебе скажу, взорвать этого старого хрыча — самая простая задача будет. Самое веселье начнется после.

Шелест вопросительно посмотрел на Бубна.

— А после начнется грызня, — сразу пояснил тот. — Надо будет побыстрее занять точки, что будут пожирнее, и удержать их, что б другие ни позарились. Ну это ничего. Пушки у нас на такой случай есть. Да и народу потом станет побольше. Еще полно не определившихся. Точно к нам попрутся, когда начнется заваруха.

— Так и… — Шелест аккуратно вернул взрывчатку в пакет. — А как мы от Кулыма-то… ну… Избавимся?

Бубен как-то замялся. Потом задумался. Правда, Андрею показалось, что он только сделал вид, потому что уж больно быстро Бубен покончил со своей задумчивостью.

— Не знаю. Сом еще не сказал, — пожал Бубен плечами. — Не придумал покамест. Но скоро мы че-нибудь да накумекаем. Ты только…

Бубен недоговорил, потому что его прервал дверной звонок. Оба бандита напряглись. Андрей медленно встал из-за маленького обеденного стола, взял с кухонного свой наган.

— Ты че, ждешь кого-нибудь? — Тихо спросил Бубен.

— Не-а, — направившись в прихожий коридор, ответил Шелест.

Бубен тоже встал, достал ПМ. Оба бандита прошли к двери. Затаились по обе стороны от проема, опасаясь, что незнакомец откроет огонь прямо через входную.

— Кто там? — Андрей постарался изобразить спокойный тон.

— Андрей, это ты? — Услышал он голос своего двоюродного брата Саши Шелестова. — Открой, пожалуйста! Мне ночевать негде!

* * *

— Мне нужно поговорить с Кулымом, — сказал я одному из черемушкинских братков, встретивших меня на входе в Грааль.

Их было трое, все одетые в белые рубашки. Бандосы стянулись к дверям ресторана, как только я показался на территории. Никого из них я раньше не видел.

— Ты б хотя бы поздоровался, Летов, — ответил первый, высокий и худощавый мужик, с прилизанными набок волосами. — А то, чего ты так сразу, предъявы кидаешь?

— У меня нет времени, — я показал ему на свои командирские. — Мне нужно срочно с ним увидеться. Пропустите.

Я было пошел вперед, но братки преградили мне путь. Прилизанный даже остановил меня рукой.

Я замер, глянул на его упершуюся в мою грудь ладонь.

— Не надо меня трогать, — сказал я ледяным тоном.

Черемушкинский отступил на полшага.

— Кулым занят, он не может разговаривать, — сказал он почти так же холодно. — Говори со мной.

— Зачем он забрал Марину?