— Я на это надеюсь.

— Мы приедем втроем: я, водитель и заложник. Ни тот и другой не будут носить при себе оружие и не покинут машины. Автомобиль — Волга белого цвета. Номер машины сообщу тебе немного позже. На этом все.

Я положил трубку первым. Что ж. Теперь нужно было определить, кто станет заложником для Фомина. Конечно, я почти уверен, что заложнику ничего не будет угрожать. Конечно, если все пойдет по плану. Ну это ладно.

Я поднялся из-за стола. Потянулся. Хотелось спать, а тело затекло после сидячей работы. Решив умыться, чтобы немного освежить голову, я вышел из кабинета. Хотел было направиться в санузел, но застыл в общей комнате.

Нерон лежал на своем диване в неестественной позе. Голова его упала набок, взгляд безжизненный глаз уперся прямо мне в лицо.

— Вот мля… — процедил я и быстро направился к нему.

Первым делом пощупал пульс. Еще теплый ФСКшник был мертв. Тело его обмякло. Ослабшая рука свисла с дивана.

Я быстро смекнул, что произошло. Глянул на выход.

— Волков…

Метнувшись наружу, я тут же глянул по сторонам. Холодный, почти морозный воздух поздней осени неприятно щекотал носоглотку. Пахло зимой. Вокруг никого.

— Ушел, — констатировал я очевидное.

Когда вернулся в контору, набрал первым делом Женю Корзуна.

— Ало.

— Женя, Витя говорит. У нас ЧП. Сейчас я за тобой приеду. Позвони остальным, чтобы готовились. Заеду и за ними.

— Чего случилось? — Напрягшись, спросил Женя.

— Волков был у меня.

— Помню, ты рассказывал.

— Он прикончил Нерона.

— И что будем делать? — Задумчиво спроси Степаныч. — В милицию обращаться не вариант. Сразу будут вопросы.

— Я никогда не доверял этому КГБшнику, — осматривая мертвого Нерона, недовольно проговорил Женя. — Посмотришь на него, и ни черта непонятно, что у человека на душе. Глаза как у рыбы. Не живые.

— Я его недооценил, — сказал я холодно. — Я понимал, что он отчаянный человек, но чтобы настолько.

— Кажется, ему нечего терять, — вздохнул Степаныч.

Волков удивил. Я не думал, что он решится на что-то подобное. Все же старик не хотел марать рук. Он собирался перекинуть все грязные дела на деда Хасана. Такое его поведение и ввело меня в заблуждение.

— Ну так что будем делать? — Спросил Фима.

— Глобально ничего не изменилось, — сказал я. — Да, в план придется внести кое-какие изменения, но он все еще может сработать. Единственное, что нужно сделать — это избавиться от тела.

— Пойду в котельную за лопатой, — вздохнул Корзун. — Сука… полночи теперь с этим возиться.

— Я возьму служебный пассат? — Спросил Фима вопросительно.

Я покивал.

— Да. Я тоже поеду. Помогу вам. Заодно обсудим и изменения в плане.