Тьма во мне взметнулась, когда я представил нарисованную отцом картину. А следом я разорвал пламенную ладонь на части веером костяных игл. И тут же за спиной распахнулись огромные темные крылья, цепляя кончиками перьев кирпичную кладку. И я взлетел над площадкой двора. Создал плетение цепи, и сотканный из темной энергии канат опутал князя. Обескураженный, он попытался было разорвать плетение, но шоу перед гостями в Морце, да и бой в этом мире, забрали у него слишком много сил, поэтому огненный щит вспыхнул, завибрировал и сразу же погас. А я почувствовал эйфорию. Кожу на ладони, сжимающей темную веревку, начало приятно покалывать. Черная лента вытягивала остатки огненной энергии отца, передавая их мне. Владимир забился в цепях, пытаясь вырваться, но это было скорее отчаяние — освободиться от хватки он уже не мог. Чем слабее он становился, тем больше сил набиралось внутри меня самого.
В арке послышались громкие, размеренные хлопки в ладоши. А через секунду из темноты вышел высокий худой мужчина в длинном плаще и цилиндре с широкими полями. Он сделал несколько шагов и остановился во дворике. Произнес, обращаясь ко мне:
— Потрясающее представление, мастер Морозов! Признаться, вам удалось меня удивить. Ваш дядя, Александр, говорил, что в вашем мире поединки — это в первую очередь зрелище для камер, и вы прекрасно освоили это умение!
В его голосе слышалось уважение. Я приземлился на асфальт площадки и осведомился у пришлого, не торопясь рассеивать плетение цепи:
— Вы еще кто⁈
Князь же обернулся на голос и, судя по тому, как он вздрогнул и побледнел — с незнакомцем они были знакомы.
— О, прошу меня простить! — поспешно произнёс гость, коснулся кончиками пальцев полей шляпы и коротко поклонился. — Где же мои манеры? Меня зовут Рипер, и я пришел, чтобы сделать вам очень выгодное предложение.
— Слушаю, — сухо сказал я.
— Вы все равно должны его убить… — Рипер кивнул в сторону связанного цепями Владимира. — И в этом я вас прекрасно понимаю. Между вами сложились очень ядовитые отношения, которые вылились во взаимную ненависть. Вам незачем себя винить в этом — поверьте, во всех мирах вопрос проблем детей и родителей стоит очень остро. Одни решают все душеправами и долгими разговорами, но мне больше по вкусу ваш способ. Просто, и действенно!
— Что вам нужно? — я понимал, что начинаю терять терпение. Адреналин в крови еще кипел и заставлял сердце биться чаще.
— Поверьте, юноша, я очень хорошо разбираюсь в людях. И вижу в вас некую черту, которая меня всегда поражает в людях. Вы ведь собираетесь проявить благородство. Желаете найти решение, чтобы не убивать этого человека…