Отец умер накануне войны, в 1914 году. Несколько лет к Александру Акинфьевичу никто не приходил. Вначале он ждал с тревогой, потом подуспокоился, и даже стал забывать. И вот надо же так случиться. Именно сегодня, когда у Александра Акинфьевича намечалась выгоднейшая сделка! Крупнейший в России судовладелец, купец 1 гильдии, коммерции советник, нижегородский голова и бессменный председатель совета Всероссийских съездов старообрядцев Дмитрий Васильевич Сироткин согласился наконец продать часть своей доли в пароходном обществе «По Волге», и тут такое!..

— Александр Акинфиевич, вы шубу-то положите, что мы, украдем ее что ли? — усмехнулся Минин. — Позвольте представить, Станислав Сергеевич, купец 1 гильдии Коняхин Александр Акинфьевич к вашим услугам.

Сообразив, что его вывели к главному начальнику, купец уважительно поклонился, и тотчас же пожаловался:

— Станислав Сергеевич, велите вашим архаровцам… — он запнулся, — вашим людям вести себя прилично. Моя семья всегда жертвовала деньги, помогали с литературой, я ведь и сам разделяю ваши убеждения, читаю Маркса. Так что же это тогда, разве можно вот так порядочных людей среди ночи хватать и везти незнамо куда!

Он зыркнул глазами в сторону конвоиров, сплюнул и перекрестился двумя пальцами.

— Не гоже так со мной поступать, не гоже, — заявил он.

— Савва, Митька, — нахмурился Минин, — вы что, били его что ли?

Под его строгим взглядом братья Хохловы, Савва и Митька, смущенно переглянулись. Еще несколько месяцев назад братья работали в мастерских завода Виккерса. Работали до тех пор, пока старший брат Савва, отличавшийся горячим нравом, не избил мастера, а тот взял да и умер. Братья залегли на дно, собираясь покинуть уезд, но попались на глаза местному «ивану», и тот уже нашел им применение. Несколько ограблений, двое убитых полицейских, в общем, ребятки показали себя с хорошей стороны.

Минин же, начавший по прибытии в город восстанавливать контакты, первым делом встретился с «иваном» и попросил пару людей в помощь. Парни были решительны, в меру отважны, ненавидели полицейских и вообще власть лютой ненавистью, как и положено людям древлего благочестия.

Умом, правда, ребята не отличались. Вот и сейчас братья щеголяли в отполированных до блеска «керзовых» сапогах, купленных у каких-то ушлых торгашей по цене сапог из кожи «нильских аллигаторов». О том, что это сапоги из опытной партии Михаила Поморцева, изобретенные в качестве дешевой замены кожаных сапог, братья, конечно, не знали. Разочаровывать ребят Минин не стал. Революции, как он любил частенько повторять, нужны не умные, а усердные. То, что ребята путали Маркса с Марсом было не важно, куда важнее было то, что они умели орудовать револьверами и кулаками.