Еще в личном хранилище складировали взятые на хранение ценности, залоги под выданные кредиты, золотые запасы стран поменьше и побеспомощней. Проблема в том, что Ганза обеспечивала сохранность чужого имущества тоже коллективно, и если поступит запрос на возврат, то его придется выполнить, выплачивая уже из собственных средств. Одним словом, доклад о статусе работ по взлому дверей шел каждый день.

Сверху, над уровнем земли, от дворца ван Цоллерна остался только пепел и руины, по которым шастал всякий сброд, собирая уцелевшие безделушки. Ганза, поразмыслив и посчитав экономическую целесообразность, начала продавать лицензии искателям: если вы хотите, платите деньги и копайте, но без тяжелой техники — что найдете, ваше. Дальше оставалось наблюдать, как срабатывают охранные заклятия, превращая неудачливых кладоискателей в облачко пара или грязную лужу, красиво взрываясь или исчезая вместе с участком земли. Воистину, разминирование городской земли, за которое вам еще и заплатят — лучшее решение той недели. С другой стороны, кто-то да что-то и находил: поток искателей оставался на хорошем уровне.

Внизу, в тоннелях метро, никаких ловушек быть не могло — так предписывал регламент «гостеприимства». А истинные богатства хоть и не валялись в сырой земле, но с гарантией уцелели и дожидались новых владельцев: рунные хранилища проектировались в том числе с учетом воздействий высшего уровня Силы. Осталось только дойти, взломать и забрать.

Понятно, что справедливо разделить личные богатства Дитриха будет очень сложно — но торговаться и владеть в равной степени приятно. Оценивать, взвешивать по граммам и каратам, ругаться о годе выпуска и руке мастера, брать время на изучение сертификатов и подделывать их самому — сам процесс нравился Золотым поясам и мог изрядно разукрасить этот участок доставшейся им вечности.

Говорят, осталось вскрыть последний гермолюк на пути к сокровищам — именно этим легендировался срочный сбор всех Золотых поясов, и именно поэтому Латтнер скучал в кондиционированной прохладе своего лимузина. Мол, необходимо личное присутствие в момент снятия последней преграды, чтобы позже не возникало вопросов доверия. Требуется выставить личных контролеров и тех, кто будет следить за контролерами. Но и Латтнер, и другие золотые пояса знали — личного присутствия требовала иная ситуация.

«Сдаст ли меня Ходенберг?»

Лимузин незаметно для пассажира принялся набирать скорость — замелькали фонари дежурного освещения в окне.

«Если будет выгодно».

Йорг Латтнер уже отправил сеньору Любека обещанные пятнадцать процентов от назначенного выкупа. Большие деньги, чистый убыток — но преступление, совершенное группой лиц, в Ганзе творить было гораздо безопасней.