Меня могли банально дискредитировать. Если прямо сейчас, в темноте, у меня отнимут эти деньги, то выйдет так, что я в одночасье останусь должен всему Ярославлю. И никого потом не будет особо заботить, что на меня действительно напали. Более того, поползут слухи, что я сам всё это хитро подстроил, чтобы присвоить куш.
Домой приехали уже глубоко за полночь. Экипаж остановился неподалеку от дома. Улица утопала во мраке. Хотелось спать неимоверно. Может только чуть меньше, чем близости с Настей.
— Пётр, проверь-ка за тем углом, нет ли кого, — негромко скомандовал я, указывая в сторону глухой стены соседнего дома.
Казак лишь молча кивнул, направляя своего коня к темному провалу переулка, в тенях которого легко мог спрятаться сразу с десяток душегубов.
И чутье меня не подвело.
Глава 4
20–22 сентября 1810 года, Ярославль.
— Бах! — разорвал ночную тишину резкий выстрел в воздух.
Тут же, выхватив шашку, к своему собрату рванул Николай.
— Сядь на пол кареты! Быстро! — жестким, приказным тоном бросил я Насте.
— Барин, поеду я от греха! — в панике встрепенулся на козлах извозчик, дергая вожжи.
— Я тебе поеду! Стой здесь. Никто тебя не тронет, — рявкнул я. Хотя, признаться честно, сам не был до конца уверен, что извозчика действительно пощадят, если начнется настоящая резня.
Соскочил с кареты, тут же, петляя из стороны в сторону, чтобы если в меня кто и целится, то у него было меньше шансов попасть, приближался. Увидел силуэт, который подбирался к Петру, когда тот, от всей свой казацкой щедрости лупил одного из затаившихся бандитов.
Остановился. Направил пистолет, который взял сразу по выходу из Дома губернатора. Прицелился…
— Щелк… — курок опустился на затравочную полку.
И прошло еще тягостные полторы секунды, прежде чем последовал выстрел
— Бах!
С удовлетворением замечаю, что куда целился, туда и попал — в ногу.
Уже скоро торопливый топот удаляющихся ног подсказал мне, что дальше связываться с нами ночные тати не решились. Засада действительно была, и ждали в ней наверняка лишь одного меня — легкую, как им казалось, добычу.
— Не преследуйте их! Еще в засаду попадете! — выкрикнул я, одергивая казаков.
— Как крысы разбежались, — довольно усмехнулся Пётр, выезжая из темноты и невозмутимо поглаживая бороду. — Да и вы, ваше благородие, не сплоховали. Подстрелили одного, воно как ковылял. Нынче, если что и познать сможем, кто был.
— Спасибо, братцы. Вы нынче не только меня спасли, но и Отечеству нашему немалую услугу оказали, — выдохнул я. — Представляете, станичники, что будет, если мы целую роту вооружим теми новыми штуцерами?