Надеюсь, она с ним счастлива — и Егор её больше не интересует. Потому что если они когда‑нибудь снова сойдутся, я этого уже не переживу…

Он любит её до сих пор? Наверное, да — с их развода прошло всего два месяца. Но ведь она уже нашла другого. А он?

Очень часто мучаю себя вопросом: почему она? Что в ней такого, чего нет во мне? Каково это — быть с ним? Быть его? Каково это — целоваться с ним, быть его женщиной? Почему я не она?..

Стук в дверь:

— Марьяна, отец пришёл с работы. Давай с нами пообедай.

— Я не голодная, мам.

На самом деле у меня просто нет аппетита. Я за целый день и хлебной крошки не съела.

— Пошли тогда просто чай попьёшь. Пообщаемся, а то сидишь уже который день безвылазно в своей комнате. К Лизе бы хоть съездила.

Может, мама права? Надо позвонить подруге. А то скоро с ума сойду, крутя мысли в голове.

— Иду, мам.

Встаю с кровати, прячу блокнот со стихами и иду на кухню. На этот раз принципиально телефон с собой не беру. Какой смысл? Всё равно не напишет и не позвонит.

Спускаюсь на кухню, где уже пахнет домашним супом и свежим хлебом. Мама как раз разливает бульон по тарелкам, а папа нарезает салат из огурцов и помидоров.

— Наконец‑то, Марьяна! Садись, поешь, — мама поворачивается ко мне, вытирая руки о фартук.

— Я чай попью. Есть не хочу, — подхожу к чайнику, стараясь не встречаться с мамой взглядом.

— Марьяна, — папа откладывает нож и серьёзно смотрит на меня, — ты в последнее время только чаем и питаешься. Так нельзя. Посиди с нами хотя бы полчаса. Семья за столом — это святое.

Мама кивает, ставит передо мной тарелку с супом и садится напротив:

— Дочка, что происходит? Ты с самого приезда какая‑то не такая. Всё время в телефоне, почти ничего не ешь, по ночам не спишь. Мы с папой волнуемся.

Вздыхаю, сажусь за стол, но ложку брать не спешу.

— Всё нормально, правда. Просто… много всего в голове.

— Это из‑за парня? — прямо спрашивает папа.

Удивлённо поднимаю глаза:

— Какого парня? — стараюсь говорить как можно спокойнее, но голос чуть дрожит.

Если родители узнают, что я общаюсь с их бывшим зятем… Даже представить боюсь их реакцию. Тем более мама явно дала понять, что после развода Даши и Егора она его недолюбливает.

— Откуда я знаю, из‑за какого. Это ты нам расскажи, — папа внимательно смотрит на меня.

Нервно поправляю рукав футболки, чувствуя, как жар приливает к щекам.

— Да нет никакого парня, — пытаюсь улыбнуться как можно непринуждённее.

Папа откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди:

— Марьяна, мы же твои родители. И видим, когда ты что‑то скрываешь. Если тебя кто‑то обидел — скажи прямо. Или проблема в чём‑то другом?