Он почти светился.

Еще сегодня этот же человек рассказывал ей про отсутствие денег, из-за чего так опечалилась Полина. Теперь же проект стал выглядеть куда привлекательнее в его глазах, а стоило всего-то отдать ему стопку бумажек.

Я начинал понимать человеческую природу все лучше.

— Подождите, — наконец выдавила Полина. — То есть… это все серьезно?

— Более чем, — заверил Глеб. — Мы, конечно, еще все проверим, но намерения абсолютно реальные.

Он бросил быстрый взгляд на меня, и я кивнул:

— Очень реальные.

После чего снова засуетился, явно уже мысленно перестраивая весь рабочий график компании.

— Так, ладно, я сейчас вернусь, — быстро сказал он, направляясь к лифтам. — Нужно срочно поднять бухгалтерию, пока все не разъехались. И юристов. И кого-нибудь из финансового отдела… Господи, да где вообще наш финдиректор после шести вечера?. Никогда не найти…

Последнюю фразу он договаривал уже на ходу.

Через несколько секунд двери лифта закрылись за ним, и мы с Полиной остались вдвоем посреди почти пустого офиса. Она продолжала смотреть на меня так, словно пыталась понять, настоящий ли я вообще.

Любопытная реакция.

Я подошел чуть ближе к ее столу.

— Это то, что ты хотела? — уточнил я.

— Я… — начала Полина и запнулась. — Да. Наверное. То есть… да, конечно, да, но…

Она замолчала, явно не понимая, с какой именно части происходящего начинать размышления.

— Ты говорила, что проблема в деньгах, — напомнил я. — Теперь деньги будут.

Она все еще смотрела на меня так, как люди обычно смотрят на все при столкновении с чем-то одновременно очень хорошим и очень подозрительным.

— Ты просто вошел к Глебу и дал ему деньги? — наконец уточнила она.

— Да.

— И он согласился?

— Да.

— Но это вообще так не работает.

Я слегка нахмурился:

— Но ведь сработало.

На это ей, видимо, оказалось нечего возразить.

Полина, до этого не способная совладать с эмоциями и привставшая на месте, медленно опустилась обратно в кресло, явно еще не решив, нужно сейчас радоваться или паниковать.

— Спасибо, — наконец очень тихо сказала она.

Я кивнул. Благодарность была ожидаемой реакцией. Хотя, если честно, ничего особенно сложного я не сделал.

Человеческие женщины вообще мне казались довольно предсказуемыми существами. Им требовались внимание, безопасность, ресурсы, подтверждение собственной ценности. Ради этого мужчины и нашего, и их мира строили дома, добывали деньги, сражались, лгали, уничтожали чужие жизни и разрушали собственные.

Все было удивительно примитивно, и одновременно — эффективно.

Я посмотрел на Полину внимательнее.

Она все еще выглядела напряженной, но теперь в ее состоянии появилось что-то еще. Не только растерянность, но и теплота, что ли. Интересно.