Днем феерично провалила защиту проекта.

Вечером этот же мужчина пришел ко мне в офис, без стука вошел к моему начальнику и решил проблему деньгами.

Нет, звучит нормально. Абсолютно стандартный четверг. Такой у всех бывает.

Дома я первым делом сняла обувь, бросила сумку на пуфик и какое-то время постояла в прихожей, глядя на собственную квартиру так, будто она тоже могла внезапно сообщить мне какую-нибудь новость. Например, что она теперь находится не в обычной многоэтажке, а в каком-нибудь дворце. Или что у меня появился дракон, припаркованный у подъезда.

К счастью, квартира молчала, и это было прекрасно — никаких дополнительных новостей в этот день я бы уже не вынесла…

Я прошла на кухню, налила воды, выпила почти залпом и только тогда поняла, что улыбаюсь, как дурочка. Вот, оказывается, какой бывает улыбка, которую «‎нельзя стереть». Да, может я улыбалась не широко и не во все тридцать два (хотя на самом деле во все тридцать, потому что два зуба мудрости мне уже успели удалить), но все равно улыбалась, хотя и побаивалась спугнуть свое счастье.

Проект будет реализован.

Мой проект!

Да, технически еще ничего не было подписано. Да, Глеб мог завтра прийти в себя и решить пустить деньги на финансирование чего-нибудь еще, бухгалтерия могла найти тысячу причин для отказа, юристы — еще тысячу и одну, а Максимилиан мог оказаться кем угодно: аферистом, сумасшедшим миллионером, демоном с наличкой, предлагающем сделку на перекрестки, или все-таки удивительно редким видом мужчины, который действительно решает проблемы вместо того, чтобы их создавать.

Но прямо сейчас впервые за весь день у меня появилось ощущение, что дверь не захлопнулась перед носом. У меня появился шанс реализоваться в деле, которое я так любило. Да, может кому-то бы идея показалась странной — всего лишь новая программа для анализа данных, но я мечтала сделать СВОЮ новую программу для анализа данных, которая могла стать круче и мощнее всех имеющихся моделей.

Я снова улыбнулась своим мыслям.

— Так, — сказала я вслух, потому что в одиночку, да еще и молча переваривать происходящее было почти невозможно. — Допустим, это не сон.

А если не сон, то следовало как-то отреагировать.

Например, написать «спасибо». Но номера Максимилиана у меня, разумеется, не было, потому что этот человек мог спокойно инвестировать баснословную сумму в мой проект, но не мог догадаться обменяться контактами. Великолепный уровень коммуникации.

Можно было попросить номер у Глеба, но это выглядело бы странно. «Привет, дай контакты мужчины, который только что принес тебе миллион-другой наличными и хочет, чтобы я реализовала проект, про который он даже ничего не знает». Нет уж. Даже для меня это выглядело слишком.